Лучшие истории дня от 11-08-2011

Просмотр списком

Офицерская жизнь, в удалённом на 75 км от ближайшей цивилизации месте,


не отличалась большим разнообразием. Служба, охота, рыбалка,
собирательство (грибы, ягоды), премежаемые перманентным бухаловом, ну и
конечно же (куда от неё деться) половая жисть. Причём последняя, в
отличие от всего остального, делилась на категории. Первая – это
перетрах родной жены. Вторая – это перетрах жён тебе не принадлежавших.
Так вот, жил в городке некто Н и периодически, при любой возможности он
драл жену М, причём очень успешно. Но один раз случилась у него
оплошность, из которой он с честью выпутался.
Как то раз Н отдыхал после дежурства, а М уехал на тех позицию. Лучшего
случая для перетраха и придумать нельзя. Так оно и случилось, но тут,
как в хреновом анекдоте, случилась беда, в дверь позвонил муж. Послали
его за какой-то железкой, а он заодно решил перекусить. Что делать?
Выход нашёлся сразу, плащ-накидку на голое тело и на балкон, а уже с
него на балкон соседей, благо они располагались на расстоянии вытянутой
руки. В той квартире, так случилось, что никого не было, кроме
пятилетнего ребёнка, который встал в ступор, когда увидел, что с
балкона в квартиру заходит взъерошенный дядя, босиком и в плащ-накидке.
— Дядя, ты кто? — спросило дитятя.
— Тсс. Я партизан, настоящий, из леса, ухожу от врага.
А у твоего папы рубашка, брюки и ботинки есть на время? Я как
устроюсь, вечером принесу.
— Для партизана всегда найдётся.
Н оделся и счастливо отправился домой.
Представьте себе реакцию папы мальчика, когда он пришёл домой на обед и
услышал, что час назад к ним домой заходил партизан из леса и забрал
штаны, рубашку и ботинки. Причём оные предметы действительно пропали из
квартиры. Долго он добивался от сына, куда паршивец спрятал его вещи, а
может быть ещё хуже, сжёг на балконе. Но получал только один ответ,
приходил партизан, с балкона, взял всё и обещал отдать. Даже угрозы
ремнём не помогали. Папа уже попрощался с вещами, когда вечером к его
вящему удивлению, раздался звонок, и на пороге стоял Н, держа в руках
все причиндалы. «Я вот тут позаимствовал. Спасибо. Возвращаю. Только ты
никому не говори» — сказал он.
— Ба, да вот он какой – партизан, — папа чуть не грохнулся в прихожей на
пол от смеха.
— Ладно, никому не скажу.
С тех пор за Н в части закрепилась гордая кличка «Партизан».



Идет по улице (центр Москвы) пара «мааальчиков» — очки в поллица, сумки,
прикид от дольче... причесаны-намарафечены... диагноз ясен.
Навстречу — пара похожего типа, но куда менее эпатажная.
Вдруг те, что навстречу, перешептываются и вскидывают синхронно руки в
воинском приветствии.
У парней в дольче шок, у улицы — смех.
ЧК



Вечер. В небольшом каштановом скверике в центре города, как всегда в эту
пору, собираются пенсионеры. Дамы степенно и со знанием дела обсуждают
политическую ситуацию в стране, джентльмены азартно забивают «козла».
Типичная малороссийская идиллия.
На одной из лавочек сидят два пенсионера и внимательно наблюдают за
резвящимися неподалеку внуками. На одного из них, видимо, нахлынули
какие-то воспоминания, и он с улыбкой обращается к соседу:
— Иван Порфирьевич, а помните, как мы с вами детьми дрались?
На что Иван Порфирьевич, немного подумав, с недоумением отвечает:
— Помилуйте, Семен Карпыч... Неужто мы с вами ироды какие — детьми
драться?



Дорога чудес.
Это было в середине 90х. С другом организовали посреднический бизнес:
оптом предлагали в магазины Москвы запасные части к автомобилям ГАЗ. По
тем временам бизнес был хоть и нехитрым, но прибыльным. Для этого
приобрели тентованную Газель. И вот однажды возвращался я из Москвы в
Нижний с деньгами. Запчасти были все проданы, настроение бодрое,
несмотря на погоду. А погода была мерзкая: поздняя осень, моросил мелкий
дождь, который не смывал грязь с машины, а наоборот. Тент, особенно
сзади, был покрыт слоем липкой холодной грязной жижи. Настроение мне
решил испортить инспектор ГАИ в городе Покрове, показав жезлом
остановиться. Проверив мои документы и не найдя причины выписать
протокол, попросил открыть фургон. В фургоне было пусто, но гаишник
ничего не хотел слушать. Я сначала посмотрел на холодный, грязный,
липкий тент, потом жалобно на инспектора ГАИ и вдруг, неожиданно для
себя, произнёс: — командир, я даю тебе 100 рублей и мы не открываем
фургон, — точно уже не помню, но по тем временам 100 рублей были деньги.
Инспектор даже ухом не повёл. 150 – предложил я. Реакция та же. Меня
охватил кураж. Когда сумма выросла до 350, в глазах милиционера
загорелся интерес. Нет не к деньгам, а к содержимому фургона. Прикинув
свои материальные возможности, я назвал последнюю цену 500 рублей – это
была сумма, с которой я мог расстаться безболезненно, чем вызвал ещё
большее недовольство и нетерпение у работника правопорядка. Ещё раз
взглянув сначала на грязный тент, затем на свои руки в новеньких белых
вязанных перчатках, и, понимая, что трикотажные перчатки не спасут мои
руки от грязи и станут такими же грязными, как тент сразу же, после
первого к нему прикосновения, стал медленно расшнуровывать задний
клапан. Когда я закинул клапан тента на крышу, открыл борт и двери
фургона, посмотрел на капитана. Столько злости и сожаления в глазах я не
видел с рождения. Скрипя зубами, он молча отдал мне документы,
повернулся и сгорбившись под дождём, медленно пошагал на пост.



В 1970х годах отец мой служил в ВДВ и имелся там такой кадр:
представитель одного из кавказских народов по имени... честное слово
это правда — АлисА. То есть ударение ставится на последнюю букву А. Этот
АлисА был чудо-человеком, бугаи-десантники рядом с ним выглядели
дистрофиками из начального класса школы. Отец затруднился чётко назвать
его рост поэтому цифры писать не буду. В один из первых дней пребывания
в части этот АлисА на спор раскидал нескольких самых крупных товарищей
со всем их боевым самбо. Такой был могучий. Кроме необыкновенных
физических качеств имел очень пониженные способности к дисциплине,
неоднократно говорил, что в гробу он видал родную Советскую армию и
генерала Маргелова (это создатель ВДВ — очень почитаемая там личность),
за отвратительное соблюдение дисциплины АлисА неоднократно сидел на
губе, конечно, но сссориться с ним никто из наших не хотел, ибо чревато.
В его обществе самые крутые себя враз переставали таковыми чувствовать,
ощущения было что рядом медведь находится — и плевать ему на твои
приёмы, поставленные удары, выслугу и прочие «крутости» если он вдруг
захочет тебя слопать. Единственное что портило впечатление этой
«экзотики» — вполне нормальный, без акцента русский язык кавказца.
То что напишу дальше звучит как анекдот, но отец клянется, что так и
было. Когда Алиса (особено в первые месяцы) с кем-то говорил, то
произнося имя человека он хмыкал, прыскал как девушка услышавшая
анекдот, в общем не совсем понятно что его смешило. Через полгода это у
него прошло. А на вопрос почему он это делал раньше ответ был следующий:
«у вас, у русских очень имена смешные и очень мало — всего семь или
восемь имён мужских, хотя самих вас так много. Смешно, никак привыкнуть
не могу!» Так вот говорил огромный парень с романтичным именем АлисА :)

Лучшие истории дня от 11-08-2011
5329
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top