Лучшие истории дня от 05-10-2010

Просмотр списком

Особенно внимательно читаю истории коллег. Да, без "связок слов" мы


изъясняемся с трудом! Но это — эмоции! Байка. Давно это было... Едет
поезд. Навстречу — заходит на посадку самолет. Помощника машиниста
пробивает на приколы и он уходит, якобы, в машинное отделение проверить
работу аппаратуры. Смеркалось (Задорнов). Прибежав в заднюю кабину
локомотива — включает рацию и строгим голосом: «Машинист такого-то поезда,
ответь!» Тот отвечает: «Да, слушаю вас!» И тут помогала как заорёт на
него: «Слышь, ты, х@й лысый, выключи прожектор, ведь слепишь, гад! Видишь
на посадку заходим!» Механик: «Да-да, понял!» Возвращается помощник
обратно, а механик сидит ох... охр... ОЗАДАЧЕНЫЙ. И молчит. Переваривает
видно. Не выдерживает и рассказывает коллеге о такой ситуёвине. А в
конце — подводит итог: «Всё понимаю, техника теперь серьёзная (70-е годы)
частоту нашу они вычислили. НО КАК ОН, СУКА, РАЗГЛЯДЕЛ, ЧТО Я — ЛЫСЫЙ!»
Помощник — валялся до конца рейса!



Прочитал историю о неграх и вспомнил из этой серии. Тетя рассказывала...
Дело было в лохматые советские времена. Тетя училась в Ташкентском ВУЗе.
Тогда в республиках, подобных Узбекистану, была железная квота на
поступление в институт. Т. е. студентов коренной национальности должно
быть не меньше определенного процента. Однако, в те годы узбеки не
рвались в ВУЗы. Многие и по-русски плохо говорили. Поэтому выдержать
квоту было проблематично. Несчастных аборигенов уговаривали как могли и
рады были всем, кто давал согласие на учебу. Приемные экзамены были
чистой формальностью...
Теперь, собственно, история... Как-то в первые дни занятий у
центрального входа института рядом с автоматами газ-воды стоит группка
первокурсников-нацменов, только что съехавшихся из ближних и дальних
кишлаков. И тут из дверей выходит негр. Узбеки это чудо и по телевизору
не видели, т. к. и самих телевизоров не видели тоже. Реакция
предсказуемая. Всеобщее веселье, тыканье пальцами и комментарии в
которых ключевые слова: «ЧЕРНЫЙ, Черный, черный....» Этот негр не мог не
заметить подобного поведения. Он молча, с чувством собственного
достоинства подходит к автомату, достает из кармана белоснежный носовой
платок, увлажняет его газировкой без сиропа и вытирает им свою шею.
Платок остался белым, каким и был до этого. Тут же этим же платком он
протирает шею одному из веселых узбеков. Платок из белоснежного
превратился в чёрный.
Ну и кто из нас чёрный? — сказал негр, вручил платок опешившему узбеку и
важно удалился...



ДЖЕЙМС БОНД
Новая — старая история от старого гэбэшника — Юрия Тарасовича:
Толковый парень Игорь, закончил школу с золотой медалью и хоть
родители его были простые московские интеллигенты, рискнул без блата,
поступать в институт военных переводчиков. Конечно же провалился.
Забрали в армию, отслужил два года и с помощью золотой медали, армейских
льгот и нечеловеческого везения, он поступил, куда мечтал.
После окончания с отличием института военных переводчиков, на Игоря
вышли «определенные» люди из «определенных» органов, и конечно же
предложили послужить на благо родины. Парень, не задумываясь,
согласился. Предложение было более чем заманчивое — служить во внешней
военной разведке, и не где-нибудь, а в городе — герое Вашингтоне, под
крышей Советского посольства. Поскольку ЦРУ, будет конечно же в курсе,
что Игорь работает на разведку, нужно обрубить возможность для
американцев получения о нем информации: где жил, где учился, кто
родители и т. д. Для этого ему сделали некоторые поправки в анкете:
изменили номер школы, убрали армию и институт, добавили отсрочку от
армии по здоровью. Оставили только имя и фамилию. Поставили задачу: Ты
под видом простого двадцатипятилетнего новобранца — переростка, идешь
служить в армию, естественно не лейтенантом, а рядовым. «Отправят тебя
на ЗФИ, Землю Франца – Иосифа, там ты спокойно прослужишь месяц, и уже
оттуда тебя переправят в Вашингтон. Таким образом — вся информация о
тебе, будет обрубаться на ЗФИ, а туда ни один американец и на 1000
километров не подберется».
Игорь сказал: «Есть!» и отправился выполнять поставленную задачу на
благодатную Землю Франца — Иосифа, мужественно и стойко перенося все
тяготы и лишения воинской службы.
Прошел месяц.
Потом второй...
Наш славный разведчик, заброшенный в полярные снега, как мог
выкручивался в месиве диких дедов и затравленных салабонов. Опыт первой
срочной службы ему очень пригодился.
А в это время случилось в стране 19-е августа 1991 года...
И как-то военной разведке, да и всему генштабу, было слегка не до
Игоря... Ну так бывает, не обижаться же на Родину.
Через полгода службы, парень решился доложить своему командиру:
— Товарищ старший лейтенант, я вынужден посвятить вас в государственный
секрет особой важности: На самом деле я не рядовой вашей части, а
сотрудник внешней военной разведки в звании лейтенанта. Мне срочно
необходима связь с Москвой.
Старлей прокашлялся и ответил:
— Боец, если бы ты ссался и срался под себя, я бы еще понял — человек
солидно косит. Но нести такую хрень, это даже для такого чмошника
туповато. Ты прекрасно знаешь, что у нас коси не коси, а самолет за
тобой не прилетит. Всем тяжело, все были салабонами. Терпи коряга.
Ладно, я помогу тебе. Вот тебе лом, поработай над замерзшими кучами
говна возле сортира, косить может и разонравится... Это все, что я могу
для тебя сделать.
................................................
Отбарабанил наш Игорь два года, как один день.
Приехал домой и с тех пор слова: РОДИНА, ОТЕЧЕСТВО, ПАТРИОТИЗМ, стали
для него ругательными. Теперь он работает в школе учителем английского,
немецкого и французского.



alexej_d напомнил
Супермаркет. Туалет. На сверкающей кафелем стене ряд сияющих
белизной писсуаров. К одному из них пристроился молодой человек.
Его сынишка, лет около пяти-шести, рассмотрел всё это великолепие,
подошёл к свободному писсуару, взялся руками за края, сунул голову
внутрь и завыл по-волчьи У-У-У...
Папаша, не отрываясь:
— Немедленно брось писсуар! Он же грязный.
Малыш, не вытаскивая головы, убрал руки с писсуара, отвёл их за спину
«ласточкой» и продолжил громче и уверенней: — У-У-У...



Осторожно — дети!

Электричка отошла от платформы. У мужика напротив в кармане раздался
звонок. Он суетливо достал телефон и противным мармеладным голосом
заискивающе закудахтал в трубку.
— Да? Да-да!... Я еду, еду!... Вот от Строителя отъехали как раз!

Ребёнок насторожился, оттопырил ухо, оторвался от только что купленного
журнала, испуганно выглянул за окно и возмущенно закричал глядя на меня.
— От Перловской! Папа, ОТ ПЕРЛОВСКОЙ!!!
(В нашей команде он выполняет роль штурмана. Обязанность штурмана — отслеживать маршрут. За неверную координату в пространстве в любой
момент времени — шолобан. Это в лучшем случае — шолобан. А то и строгий
выговор с предупреждением.)

Мармеладный тут же набух, запунцовел лицом, и затараторил внутрь трубы.
— ... От Строителя!... Говорю же — от Строителя!... Ну, это же
ребёнок! Он ошибся просто!

«Сам ты жеребёнок» — хотел сказать я, но тут штурман на всякий случай
прикрыл ладошкой лоб и не менее возбужденно заорал.
— Папа, Перловская же! Перловская?! Там церковь была, щас мост поедем!

Всё, что в это время слушал в трубку мармеладный сильно читалось у него
прям на лице бегущей строкой поперёк монитора.
Я положил руку штурману на макушку и сказал, может чуть громче чем надо
было.
— Перловская, сынок, Перловская. Я вижу. Не переживай. Читай журнал.

Мармеладный послал мне луч ненависти, схватил сумку, и ломанулся к
выходу, на ходу продолжая упорствовать в своём заблуждении.
— ... Ну, я ошибся!... Ну, извини!!!... Зачитался! Тут просто
остановки не объявляют!
— ПЛАТФОРМА ЛОСЬ! СЛЕДУЮЩАЯ СТАНЦИЯ — ЛОСИНООСТРОВСКАЯ! — злорадно
прокричала ему прямо в телефон вредная тётка из динамика.

Штурман облегченно вздохнул и вернулся к странице, где ужасные
черепахи-мутанты мочили очередного несчастного злодея.



Есть у меня знакомая, натуральная блондинка. В общем-то не смотря на это
девочка умничка, но как говорится и на старуху бывает порнуха.
Заболело у неё ухо. Врач назначил в ухо перед сном закладывать ватку с
какой-то бурдой. Методику объяснил. Но у знакомой что-то пошло не так и
в результате ватка в ухе, ухо греет, пора доставать. А не получается. Не
смогла она ватку из уха вынуть.
Ну девочка взрослая, париться не стала на эту тему, велосипед изобретать
тоже. Взяла такси и в больницу, в приёмный покой. Сестра её приняла,
оформила. Сидит моя умничка врача ждёт.
Пришёл врач дежурный (время-то ночь), начал девочку лечить, т. е.
избавлять от инородного тела в голове. Вооружился как положено
инструментами всякими, зеркало на лоб повесил, принялся за работу.
Смотрел ей в ухо, смотрел, чем-то поковырялся, лоб наморщил, и изрекает:
– «Странно. Не вижу я у вас в ухе ни какой ватки». На что знакомая с
абсолютно невозмутимым видом и выдаёт: «Не удивительно, она же в другом
ухе». После чего в принципе и была избавлена от ватки.
В общем-то ничего особенно смешного, но когда она рассказывала об этом,
мы логично задали вопрос: «Чё ж ты молчала-то, когда тебе доктор не в то
ухо полез?» на что получили абсолютно невозмутимый ответ: «Я чё медик?
Может у них методика такая».



Реальная жалоба знакомого бизнесмена, а звучит как анекдот:

До отставки Лужкова откаты росли из-за безнаказанности, а сейчас из-за
возросших рисков...



Хотя я ни разу не была в русских общежитиях, я все-таки представляю, что
венгерское место пристанища студентов было на несравнимо высоком
техническом уровне, а именно наличие стиральной машины и сушилки для
белья на каждом этаже. Среди студентов была выработанная схема обращения
с этой техникой. Обычно было достаточно закинуть вещи в стиральную
машинку и забрать уже высущенное белье в сушилки, часто аккуратно
выложенное в стопочку и ожидаващую хозяина. „Перелет” белья из
стиральной машинки в сушилку производился следующим жаждующим
„постираться” студентом.
Так вот, однажды в воскресение, когда все венгерские студенты
разъехались по домам, и машинки были свободные, я решила постирать белье
— забросила в машинку и ушла завтракать, а спустя час забрала уже сухое
белье. В комнате разбирая его, я обнаружила, что не хватает пары пары
трусиков и лифчика. И тут на меня нашел прилив такого негодования и
отвращения, что, недолго думая, я написала плакат следующего содержания:

„Приглядитесь к своему(ей) соседу(ке) повнимательнее!!! Может это
он(она) жалкий(ая) извращенец(ка), крадущий(ая) женское белье из
сушилки? Ааа...? Не противно ли?!
P.S. Если это была такая тупая шутка – верни, что взял!!!
Комната 775”

Так вот, прикрепив свое объявление к стеклянной двери в коридоре,
пылающая гневом и жаждя справедливости, я ушла к себе в комнату, чтобы
переодеться к прогулке. Какого же было мое удивление, когда проходя мимо
двери со своим обьявлением всего минут через десять я обнаружила еще
пару вот таких вот обращений в обрамлении дырявых носок и семейнвх
трусов:

„Я присмотрелся к своему соседу, да и не только к нему И ПОНЯЛ, здесь
полно ЖАЛКИХ ИЗВРАЩЕНЦЕВ!!! Спасибо тебе, Маша, ты открыла мне глаза.
P.S. Про трусики ничего не знаю! ”

„Да, Маша, я давно хотел сделать ЭТО. И, наконец-то, тоя мечта сбылась!
Это я взял трое твоих трусиков... о эти трусики. Их цвет, их запах... я
НИКОГДА их тебе не отдам... слышишь... НИКОГДА!!!
Маньяк-сосед(ка)”

„Кто украл у меня из шкафа потный, рваный носок? Верните, уроды, я всё
ПРОЩУ!!!
Очередная жертва маньяка”

В конце концов, мое нижнее белье все-таки было обнаружено на следующий
день одним из моих одногруппников (абсолютно случайно, как он мне
доказывал), хотя в это весьма сложно поверить, учитывая место, где была
найдена пропажа – внизу на крыше подъезда под окнами комнаты со
стиральной машинкой на седьмом этаже. Конечно, возможно ветер дул
выборочно – исключительно трусики и лифчики сдувал...

Dr Aranylany



Разрешения на публикацию этой истории я у рассказчицы не спрашивал.
Потому что вряд ли бы его получил.
Учитывая деликатность российско-японских отношений, имени её не называю
и торжественно заявляю: если что, я сам всё выдумал.

Несколько лет назад одна замечательная женщина присутствовала на приёме
японского императора по случаю награждения её высшей наградой за
развитие отношений других стран с Японией. Она была первой и
единственной в истории россиянкой, которая эту японскую награду вообще
получила.

Император по очереди подошел ко всем 5-6 награждаемым, светилам из
разных стран, пожал каждому руку и обменялся с каждым теплыми, но
довольно короткими репликами.
И только его разговор с россиянкой несколько затянулся.

— А между прочим, ваш последний император однажды побил моего дедушку! — вдруг с упреком заявил он.

Свита императора обомлела: конечно, его реплика сильно оживила сухую
церемонию, но явно выходила за рамки протокола.

Награждаемая россиянка наскоро встряхнула в памяти исторические хроники
(1891 год, посещение Николаем II Японии еще в качестве 20-летнего
наследника) и мягко, но твердо ответила императору:

— А по нашим сведениям, Ваш дедушка сам тогда стал задираться!

— Нет, тот первый начал! — запальчиво возразил император.

Далее последовала горячая дискуссия о деталях той драки, обе стороны
стояли на своем.

Была ли эта темная история до инцидента в Оцу, когда на Николая II
напал японский фанатик с кинжалом, или после — понятия не имею.
Может, фанатик полез мстить за побитого наследника, может еще непобитый
наследник за арестованного фанатика — какая разница.
Я всё равно уверен, что японский наследник полез первым, а наш
хорошенько дал сдачи. Но у японской стороны, как всегда, иная точка
зрения.

Почему эта потасовка двух наследников так и осталась тогда почти
неизвестной? Полагаю, потому, что у обоих юных наследников были строгие
отцы — легендарный император Мэйдзи и не менее легендарный император
Александр III. Узнай они об этой тихой драке, сыновьям мало бы не
показалось. Но не сомневаюсь, что подросшие юноши рассказали потом о ней
своим близким, каждый по-своему.

Так или иначе, потом были две русско-японские войны, в которых обе
стороны намяли поочередно друг другу бока по полной программе.
Прямой связи с той дракой тут наверно нет, но думаю, что лучше бы эти
парни её не начинали...



История подлинная, все мои неточности и ляпы прошу считать моей попыткой
запутать вероятного противника. Любителей точной и полной информации
адресую к специальной литературе. Если она есть, конечно. Если же её
нет, советую компетентным органам и просто бдительным товарищам
перестать наконец бдеть именно по этому вопросу полувековой давности.
Других поводов достаточно. Описанная ниже технология очевидна сейчас
любому специалисту в любой точке планеты.
Неочевидно только то, в каком масштабе и для каких целей наши ученые её
давным-давно применили. Их прославлять надо, пока последние живы, а не
прятать.

Лет десять назад в одном знаменитом, некогда тихом и скромном питерском
вузе взялись наконец за откачку немерянного количества мерзкой болотной
жижи из одного давно затопленного подвала.
Когда эта грандиозная работа была завершена, на дне подвала среди
прочего склизкого хлама нашелся довольно тяжелый ящик с корпусом из
нержавейки. Внутри ящик оказался полон чистейшего, очень мягкого золота
и не менее чистейшего кремния, в очень сложной комбинации на почти
микроскопическом уровне.

На кафедре этажом выше нашелся седой профессор, который с аспирантских
времен помнил, что это такое. Это был привет из конца 50-х. Ящик
тщательно промыли и высушили. Профессор подал на вход ящика один
электрический сигнал, на выходе получил другой –
спустя сорок лет пребывания в грязной воде прибор работал!

В ответ на вопрос, что это за хрень, профессор задал своим аспирантам
весьма головоломную математическую задачку с простыми значениями на
входе и на выходе. Изрядно поприседав, аспиранты элегантно уложились
всего в несколько сотен строк программного текста. Пока они были этим
заняты, профессору тоже пришлось потрудиться – он смастерил из подручных
материалов два весьма примитивных преобразователя электрических
сигналов, а потом подсоединил к ним клавиатуру на входе в ящик и дисплей
на выходе из него.

После этого началось удивительнейшее соревнование загадочного советского
ящика образца пятьдесят затертого года с современным чудом американской
технической мысли – IBM-кой образца 2000-го.

После многочисленных сбоев и отладок, написанная аспирантами программка
наконец стала давать те же правильные ответы, что и ящик.
Разница заключалась только в том, что золотой ящик давал ответы
мгновенно, а компьютер хоть на пару секунд, но задумывался.

Особенно веселым получилось утреннее соревнование. Профессор включил
ящик, ввел данные, сразу получил ответ и принялся ухмыляясь смотреть,
как его аспиранты три минуты сидят перед окошком загрузки Windows.

Конечно, современный компьютер мог много чего еще, но с конкретной
поставленной сложной математической задачей золотой ящик справлялся
несомненно лучше.

Любопытно, что в этом самом месте этого рассказа мой собственный
двухядерный комп образца 2010-го года, словно обидевшись, вдруг взял и
завис. Честное слово! Мне пришлось матерясь набирать текст досюда
заново, теперь уже в ворде с бэкапами, а не в окне рассказчика на сайте.
А вот золотой ящик за время тех испытаний не зависал ни разу.
Как выяснилось впоследствии, он вообще не был на это способен.
И поэтому ему оставалось только одно: исправно работать.

Самым поразительным для аспирантов было то, что никакой операционной
системы, а тем более поддерживаемой ей программы расчета в ящике быть не
могло в принципе. Загружаться и виснуть там было нечему.
И тем не менее, эта длинная программа расчета как-то в ящике всё же
работала.

Наконец к потрясенным аспирантам пришло понимание — сложнейшие
компьютерные операции были реализованы в этом ящике не на программном, а
на аппаратном уровне – «в железе», то есть в золоте.

Невероятной золотой паутиной распускались и цвели там на бескрайних
кремниевых плитах тангенсы и котангенсы, синусы и косинусы, а также
прочие сотни математических операций и логических блоков, объединенных
между собой такими же проводами с одной целью –
мгновенно дать правильный итоговый ответ. Какая там загрузка
операционной системы! Ограничением быстродействия ящика была только
скорость света.

С точки зрения физических законов аспирантам всё стало наконец просто и
понятно. Но недоумение осталось – сколько же нужно было нанороботов,
чтобы сплести эту грандиозную паутину, сколько нужно было инженеров,
чтобы ее спроектировать! И главное зачем? Ящик решал достаточно
ограниченную компьютерную задачу, саму по себе мало кому интересную.
Мгновенное быстродействие ящика было совершенно бессмысленно, если по
обеим его сторонам стояли люди с данными на бумажках. И вот тут к
ошалевшим аспирантам пришло настоящее понимание – этот золотой ящик
очевидно являлся всего лишь маленькой подпрограммкой большого
программного комплекса. У него должны были быть десятки или сотни таких
же собратьев. Найденный в подвале золотой ящик был когда-то просто
ненароком потерян или оставлен как сувенир на память. Очевидно, их было
столько, что о пропаже легко забыли. Это казалось полным безумием –
сделать хотя бы один такой случайно потерянный ящик и для современной
России было бы нешуточной задачей.

Порывшись в своих архивах, профессор протянул аспирантам порядком
пожелтевшую страницу местной ленинградской газеты. Там был опубликован
скромный и краткий некролог бывшему заведующему их кафедры.
Под некрологом стояли имена Брежнева, Подгорного, Суслова, Андропова и
всех прочих членов Политбюро СССР, одного нобелевского лауреата, а также
фамилии нескольких совершенно неизвестных товарищей.

Некролог скромному завкафедрой с такими подписями не мог появиться в
центральной печати – он привлек бы внимание. В маленькой местной газете
он вызвал конечно еще большее недоумение, но так решило Политбюро. В
отличие от нынешних чекистов, они всё-таки осмелились его поблагодарить,
невзирая на государственную тайну.

По чертежам этого завкафедрой некогда работал огромный и очень странный
завод. В его многочисленных цехах под ослепительным светом кварцевых
ламп, в упор склонившись над микросхемами с крошечными паяльниками в
руках, плели свои золотые нити около десяти тысяч молодых девушек, так
называемая лимита. Никто другой на такой работе не задержался бы. Для
нее не требовалось ни высшее, ни среднее образование – нужны были только
безграничное терпение, зоркость и аккуратность. Простые крестьянские
девушки, с детства привыкшие к вышиванию и куда более тяжелому труду,
воспринимали эту работу как рай божий. Правда, у них постепенно падало
зрение в ослепительном постоянном блеске золота, но на их место
приходили новые. Ни одной из этих девушек не могло прийти в голову
потребовать у государства компенсации за потерянное зрение. И дело было
не только в тоталитарной системе – все эти работницы имели пусть очень
приблизительное, но в общем правильное представление о том, что за
удивительные штуковины они изготавливают. Эта золотая паутина была
необходимой частью ракетно-ядерного щита их Родины. Девушки верили, что
своими хрупкими руками и слепнущими глазами они защищают свою страну.

Всем, кто видел хотя бы по телевизору старт космической ракеты, невольно
кажется, что главное – это изготовить саму ракету.
Это не так. Самое сложное – заставить эту здоровенную могучую неуклюжую
дуру прилететь в точности куда надо и когда надо.
Для этой задачи понадобились суперсложные математические расчеты с
высокой степени интерактивности в режиме реального времени.
Бухгалтерские счеты и машинки «Феликс», имевшиеся в наличии к тому
времени, для этой цели подходили не очень.

Над той же самой проблемой одновременно с нами мучились американцы.
По сравнению с нами, они выбрали более легкий путь, использовав для
управления ракетами полупроводниковые компьютеры. Это путь привел
впоследствии к IT-революции, принес баснословные прибыли разработчикам и
в общем сделал нашу жизнь такой, какая она сейчас есть.

Но вот для решения той конкретной задачи, за которую первые разработчики
собственно и получили первые пентагоновские огромные деньги в
пятидесятых, этот путь был не лучшим, а в каком-то смысле и просто
халтурным. В случае упреждающего ядерного удара с советской стороны все
компьютеры повышибало бы из строя электромагнитным импульсом в радиусе
десятков и сотен километров от места каждого взрыва. А вот нашим ящикам
из золота и кремния электромагнитный импульс был по барабану.

Кроме того, первые компьютеры, как собственно и современные, время от
времени висли и подолгу перезагружались, материнские платы достаточно
быстро выходили из строя – в общем, для управления ракетно-ядерным
комплексом сверхдержавы это был не самый надежный вариант. Полагаю,
американские разработчики прекрасно знали, что эту задачу можно решить
аппаратно, как это сделали мы. Они просто отступили перед масштабом
задачи. У США было достаточно золота и кремния, достаточно трудолюбивых
инженеров, но где бы они нашли столько готовых потерять свое зрение
молодых девушек.
В результате американские компьютерные фирмы впарили малосведующим в
физике дядям из Вашингтона технологию с большими недостатками, но
гораздо дешевле. Из-за этих недостатков компьютерной техники США
оставалось надеяться только на свой упреждающий удар, сделанный до того,
как их управляющие ракетами компьютеры выйдут из строя.
Вместо ядерного щита им пришлось делать ядерный меч, и соблазн первыми
начать апокалипсис возрос у них многократно.

Выбрав неописуемую по трудности технологию, советские инженеры на этом
не остановились. Они ненароком забрели в область новейших разработок XXI
века. В их золотых микросхемах была аппаратно заложена троичная логика –
вместо обычных компьютерных «да-нет»
реализовано было третье значение – «не знаю». Конечно, компьютер тоже
можно научить говорить «не знаю», но в них это делается на уровне
алгоритмов и программных кодов, то есть теряются драгоценные секунды.
Наши ящики осознавали это логическое значение мгновенно.
При нештатном поведении ракет и сбоях радиосигналов это иногда имело
решающее значение. На старте космической гонки мы теряли ракеты реже,
чем американцы, и летели наши ракеты метче конечно не только поэтому, но
в том числе.

Напоследок я задумался о разной судьбе железяк с обеих сторон –
участников той далекой гонки. Полагаю, что американские соперники наших
золотых ящиков, первые компьютеры пятидесятых, сейчас находятся на
свалках. Может, несколько сломанных оставили в музеях, кажется я даже
видел один такой в музее аэронавтики и космической технике в Хьюстоне.
Может, какой-то из них даже работает по особым случаям на запасных
деталях, как со вставной челюстью. Время беспощадно к полупроводниковым
компьютером. Собранные теми советскими девушками ящики из золота и
кремния так же вечны, как и заложенные в них математические формулы – их
можно включить через тысячу лет и получить правильный ответ. Эти ящики
могут уничтожить только люди.

Почему-то хочется верить, что последующее поколение не переплавили эти
ящики в золотишко, как некогда невежественные испанцы переплавляли в
монеты золотые изделия ацтеков. Скорее всего, конечно, вместо них сейчас
стоит на вахте мощный современный программный комплекс на какой-нибудь
операционке, слизанной в свое время у американцев.
А мне вот, например, было бы спокойнее на душе, если бы те сотни золотых
ящиков оставались подпрограммами этого комплекса хотя бы на самых
ответственных участках – именно там, где надо вовремя сказать «не знаю»,
и подождать более надежной информации.
Возможно, так оно и сделано.

Я подписываюсь сейчас пустым ником, потому что не ищу ни славы, ни хулы
за эту потрясающую историю. Она не моя заслуга. Я просто пересказал
своими словами и частично увидел на месте чужой рассказ.

С безграничным уважением к российским ученым и тем тысячам золотых
девушек, ныне подслеповатых пенсионерок...



Эта история по-настоящему интересна тем, что произошла она именно в
России. Вот не было в мире других похожих случаев. Почему?

Диспозиция такая: есть в Москве девушка, зовут её Альбина, и была она
год назад кандидаткой в сборную России по бегу на 400 метров. Точнее,
кандидаткой в кандидатки — всё-таки конкуренция на этой дистанции
бешеная, а бегала девушка серенько. Тренеры давали Альбине нагрузку и
ждали, не раскроется ли — бывает ведь, что спортсменка лет до семнадцати
не бежит, а потом словно крылья вырастают. Физические данные у неё были
вроде неплохие.

У Альбины был тренер, которого она — важно! — втайне любила, хотя он её
вовсю дрючил. Он ей: «Альбина, такая-сякая, опять норматив не
выполнила?! 53 секунды — какой это, к Эзопу, бег? Иди в езду с глаз
моих!» А она от этих слов тает, аж до коленок горячо. Короче, как всегда
у влюблённых — хоть плюй в глаза, всё Божья роса.

И вот настал момент — девушке исполнилось семнадцать лет. Раскрыться она
не раскрылась, а голову имела неглупую, и учиться хотела на экономиста,
а не в Институте Физкультуры. Тренер подумал-подумал, а потом, со
свойственной ему грубоватостью, сказал: «Шабаш, девка. Бегунья из тебя,
как из слона балерина. Шла бы ты на бухгалтера, всё пользы больше. А в
спорт — ни-ни».

Альбина ревела три дня. Не спорта ей было жалко, а то, что любимый мужик
такую гадость в глаза сказал. Убила бы.
Но слёзы высохли, и она придумала, как надо поступить. У Альбины
оставался ещё самый последний летний старт — на юниорском Кубке Москвы.
К этому старту она подготовилась основательно — несколько недель ела
запрещённые препараты, а утром соревновательного дня ещё и сделала
укольчик. Терять-то всё равно нечего — прощаешься со спортом!

Забег Альбина выиграла. Причём не просто выиграла, а всего секунду
уступила рекорду России. Конкурентки остались далеко позади. Тренер
после финиша тряс её, обнимал, целовал, а потом весь вечер буквально
ползал на коленках, умоляя, чтобы она осталась. Но Альбина была
непреклонна — ухожу в экономисты, и точка!

А спустя неделю пришли результаты допинг-теста, и тренер понял, что к
чему. Но то ж было через неделю — свои пятнадцать копеек счастья Альбина
сполна получила.

В Олимпийском Комитете, когда узнали всю эту историю, говорят, славно
посмеялись.



История от Марлена Мартыновича Хуциева, рассказанная им самим студентам
режиссёрского факультета.
Молодой, в послевоенные годы поздним вечером ехал в электричке, вдруг
видит — варежки под сиденьем лежат. Думает забыл кто? А варежек своих-то
нету, а зима холоднющая. Но вдруг хозяин найдется? Ему сейчас выходить,
а до конечной 2 остановки. Решил проехать две лишних остановки, потом
вернуться на обратной электричке. Всю дорогу не спускал глаз с варежек.
Хозяин не обнаружился, счастливый взял варежки. А потом оказалось, что
электричку назад, на родную станцию, отменили. В итоге замерзший и
продрогший с варежками, проклиная их и свою алчность, часа два плёл
домой в ночном морозе по полотну.



Ужинаем с мужем под голоса с телевизора, уже который день мурыжится тема
с Лужковым.
Я, с некоторым недовольством, — Заколебали со своим манипулированием! У
президента глазки наконец-то прорезались, увидел малую часть того, что
давно известно до самых окраин Родины, блин! Мания величия перешла все
разумные границы, вот и результат.
Муж — Результат стал очевиден, когда Лужков запретил гей-парад в Москве,
потерял интуицию, т. е. свойство головы чувствовать жопой. А на
руководящей должности без этого как?
Ну и у голубых — Праздник Возмездия!



Сегодня утром еду на служебной машине по служебным же делам. Впереди
пешеходный переход, машины притормаживают. Подъезжаем ближе: по переходу
идет, нет не так, ИДЕТ ГОЛУБЬ (можно сказать вразвалочку). Дошел до
конца перехода и вся колонна машин потихоньку двинулась дальше. И даже
никто не стал сигналить...
Так-то вот



Расказано знакомым. Прихватили его как-то рас с травкой, доставили в
околоток. А там предложили выберать – то ли оформят как полагаеца, то ли
он ща пойдет с ними и подсунет на квартире, где предполагаеца провезти
обыск, чек с герой под ковёр. Следак мотевировал это тем, што они знают,
што этот чел – наркобарыга, тока прехватить с паличным оне его никак ни
могут. С этими словами он протягиваед знакомому пакетик, тот берёт. В
этот момент в кабинед заходят люди, и следак говорид знакомому, чтоб тот
подождал в коридоре. Приятель мечется по коридору в нипанядках, тот
низнакомый чел ничо плохого ему ни зделал. Наконец заходит в сортир и
видит на падаконике банку с хлоркой. Решение созрело мгнавено. Он
вынюхал содиржымое чека, а вместо насыпал ис банки. Осмелев, входид в
кабинед и начинаед буровить типа ну чо долго есчо ждать? Следак грит
сёдня ни палучица, прихади зафтра к 11 утра. Приятель с чистой совезтью
вазвращаед чек... и, разумееца, в тот же день уезжаед ис города подальше и
надолго...

Лучшие истории дня от 05-10-2010
7678
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top