Вам привет от Александра Сергеича

Просмотр списком

Раннее развитие? Нет ничего проще. Кончается апрель, пахнет грозой. Ветер рвет занавеску, хлопает форточка, быстро темнеет. Рахманинов? Пожалуй. Между делом, строгая яблоки на пирог, поставьте великий Второй концерт. Отложите яблоки, замрите, дайте закончиться первой части. Спросите:- А? Каково? Гроза, ливень, лес шумит – ты слышала?

Вам привет от Александра Сергеича

Не заставляйте слушать, если не хочет. Пусть сидит в уголке с книжкой.

Пошла спокойная вторая часть, и яблокам пора укрыться тонким слоем теста, который следует обмазать яйцом. Дайте ей пиалушку, разболтайте яйцо, и пускай под адажио она окунает в него свои смешные пальчики и гладит ими пирог, чтобы блестел. А вы тихонько расскажете ей, что был вот такой Сергей Васильевич. Он уехал в Америку, а дружил он с писателем Буниным, а Бунин этот, Иван Алексеич, был желчный старик, и — страшно сказать — он ругался нехорошими словами. Тут вы тихонько посмеетесь вместе и посмотрите друг на друга, как две сообщницы.

Закройте форточки, потому что сейчас и правда хлынет — вот уже и молния бесится за окном. Не бойся ты, дорогая, грозы, нечего бояться. Вот слушай: люблю грозу в начале мая, когда весенний первый гром... Ты скажешь, ветреная Геба, кормя Зевесова орла... Говоришь, кто такая Геба? Геба... Геба... возьми с полки во-он ту книжку. Нет, погоди, это потом. Послушай лучше, как Федор Иваныч изображает грозу: ветреная эта Геба, полуголая и, конечно, смеющаяся, вся мокрая от дождя, летящая меж молний и солнца, под струями, жмурясь от блеска... кормя Зевесова орла, громокипящий кубок с неба, / Смеясь, на землю пролила. Это Тютчев у нас, Федор Иваныч. Ты слышишь это — гррромокипящий? Чем она орла-то кормила... поила, скорее... страшно подумать. Хулиганка.
И вы опять посмеетесь вместе, глаза в глаза.

Не надоела тебе музыка? Тогда еще кое-что.
Не ей вы ставите Моцарта — вы ставите его себе. Моцарт отлично идет под яблочный пирог. Коричный, ванильный запах пирога говорит нам, что не все потеряно. Моцарт говорит нам о том же.

А теперь вам пришла пора писать диктант. Что нам задали? Нам задали вот что: десять предложений, любых, из любой книжки. Ага. Берем проверенное временем, то, что в свое время зачитывал нам папа.
Папа — хитрый. В наши 10 лет доставался потрепанный том "Войны и мира", и оттуда папа вычитывал кусок про то, как семейство собиралось на первый Наташин бал и как танцевал князь Андрей - очень красивый, в золотых эполетах. Вы сами так любите это место. Вот и найдите его. Прочитайте с выражением: предпраздничная суета, розовые и прозрачные платья, по-бальному тщательно вымытые уши и шея. Что такое прическа a la greque? Сейчас мы достанем книжку. Вот, смотри... Тебе бы она пошла.
Автора, автора-то не забудьте, покажите портрет. Расскажите, как он собачился с Софьей Андреевной, как ушел на старости лет. Как в молодости страдал оттого, что некрасивый. Как служил артиллерийским офицером в том самом Севастополе, где недавно вы ходили по пристани. Уверяю вас: слушать будут с разинутым ртом.
Ах, какой вы сделаете ей подарок. Этот косматый старик с бородой набекрень не будет для нее ужасом школьной программы. Он будет для нее громадным наслаждением, в которое она будет убегать от вас, когда вы замучите ее воспитанием.

Потом с работы приходит глава семьи, и начинаются разговоры о том о сем. Не гоните ее, пусть слушает, поедая пятый кусок пирога. Ничего: яблоки полезные. Вспомнили про 37-й, а она спросила? Объясняйте. Большевики? Расскажите. Сталин? Не ждите, пока над ней поработает школьный учебник истории. Расскажите сами. Насмешите ее, если она загрустит. Знаете старый стишок? "Как-то старый коммунист сдал свой кал на яйца глист. Оказалось, каждый глист тоже старый коммунист".
Черт его знает почему, но от Политковской разговор перейдет на Пушкина. Ты помнишь, скажете вы главе семейства, это школьное — из глубины сибирских руд? Какие хорошие стихи. Кто сейчас напишет такое тем, кто сидит в этих рудах? Некому. "Мама, какие руды?"

Ей пора в постель, и пусть она ложится. Ой, сейчас будут вопросы. Ясное дело: что угодно, лишь бы не спать. Воспользуемся этим, тем более что нам самим, разгоряченным беседой и вином, не терпится изложить и про Сибирь, и про декабристов, и про Пушкина. Ночь, нежное личико, яркие глазки.
И вдруг она пялит рот и плачет безутешно, как это делают только маленькие девчонки, подвывая "ма-а-а-а-ма..." Потому что убили этого вашего Пушкина, а ей жалко. Утешаем. Попутно объясняем, что такое дуэль, зачем была дворянская честь и что драться — нехорошо.
Ох, держите меня семеро — где еще найду я такого благодарного слушателя.

Плохо одно. Про кого из великих не заикнись, все померли, а многие нехорошей смертью и в молодые лета. Прямо даже чувствуешь себя виноватой.
В этом возрасте дети очень чувствительны к смерти. Они примеривают ее на себя — и на вас, что для них страшнее всего. Мир теряет устойчивость: вон, даже и Пушкин помер, стало быть, и мама помрет? И беззвучно плачет моя золотая девочка и над ним, и над нами всеми. Обнимите ее. Пообещайте ей делать зарядку и дожить до 150-ти лет. Не работает? Тогда завтра мороженое — две порции. Жвачка и кока-кола. Не помогает? Зоопарк. Новая игра и 500 рублей на мобильник — скачивать Диму Билана. Ладно, мы свое возьмем. Дима так Дима.

448
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top