Рената Литвинова: всех денег не заработаешь

Просмотр списком

21 февраля на экраны вышел фильм Ренаты Литвиновой "Зеленый театр в Земфире" — попытка одной известной женщины создать кинопортрет другой, не менее знаменитой. Рената охотно рассказала о работе над картиной и о своих кинематографических планах.

Рената Литвинова: всех денег не заработаешь

— Первоначальная идея была в том, чтобы просто запечатлеть концерт?
— Ну да, сразу было понятно, что вечер этот неповторимый. Мы взяли десять камер. Главным был Сергей Мочильский, он позвал своих учеников из ВГИКа, настоящих киношных операторов. Правда, некоторые камеры во время съемок будто заколдовывались. Смотрю, один сидит, как дурачок, пол снимает. Оказывается, он на Земфиру загляделся и заслушался. Но в целом все хорошо прошло и звук отлично записался. Потом уже, вместе с оператором Олегом Лукичевым, мы сняли монологи Земфиры. Есть даже съемки с мобильного телефона, которые я нашла в интернете, — безымянные операторы снимали. Одна запись — просто гениальная. Я потом подумала, что талант может победить все — и камеру телефонную, и любые технические несовершенства.

— Ведь это еще и новый опыт кинопоказа в нашей стране?
-Да. Увидеть можно будет только в тех кинотеатрах, где есть цифровые экраны. Я думаю, люди придут. Земфира ведь совмещает в себе не только большого поэта и артиста, у нее есть еще и коммерческая сторона. Она собирает публику, всегда востребована.

— Когда вы снимали монологи певицы, какой была ваша главная задача?
— Прежде всего хотелось уловить интонацию, манеру, присущую только ей. Здесь я такой режиссер — просто как фанат в диком почтении к исполнительнице. Хотя это не значит, что не было споров или мы не решались о чем-то говорить. Все было очень откровенно и искренне. Вообще, весь этот проект — он такой дерзкий, полусумасшедший, рисковый. И от этого очень свежий, живой.

— Многие поклонники Земфиры считают, что раньше она была неприглаженной, самобытной. А с недавних пор стала персонажем «глянцевым».
— Это связано с тем, что она совершенно независимо от раскрученных рекорд-лейблов выпустила новый альбом. На него надо было обратить внимание, привлечь людей — тут все средства хороши, «глянец» в том числе.

— Нет ли здесь ловушки: путь независимого художника приводит в «глянец» и делает его от этого «глянца» зависимым?
— А как сделать так, чтобы о тебе услышали? Порабощения художника никакого не происходит. Ты просто используешь этот «глянец» как тебе нужно — и все. Я как раз не вижу смысла, когда люди просто так снимаются, без повода. И таких очень много — тех, кто лезут во все передачи, дебильные ток-шоу, и при этом не имеют настоящей причины появляться на телеэкране или обложке. Просто хотят себя лишний раз продемонстрировать. Вот от этого начинает тошнить. Но когда человек имеет цель, когда ему важно, чтобы его услышали, оценили его работу — тогда все оправданно. Я вот тоже не таскаюсь почем зря где угодно. Всегда нужно иметь какой-то мотив.

— Однако от предложений участвовать в фотосессиях глянцевых изданий вы не отказываетесь почти никогда. Недавно вас снимал известный гламурный фотограф Мишель Конт.
— Какой же он «глянцевый»? Вы видели, как он страшно всех снял?! Особенно Оксану Акиньшину. Как будто к ней приставили чужую руку, волосатую такую.

— Но вы там выглядите шикарно, как женщина из фильмов Фасбиндера.
— Я ему сказала: давайте сделаем «Тоску Вероники Фосс». Чтобы было похоже на кадры из знаменитого фильма. Потом Конт и его ассистенты говорили, что это они придумали. Приехала я почти ночью, они были уже злые от того, что пришлось меня ждать. Сама подмалевала себе глаза, какой-то японец, помощник, взбил мне волосы почему-то полусдувшимся воздушным шариком, и за полчаса мы все сняли. Мне было интересно, потому что я сама все срежиссировала.

— «Я люблю людей, мне нравится с ними разговаривать» — это и есть ваш мотив, чтобы быть телеведущей?
— Я не буду больше в телевизоре. Все-таки хочу сосредоточиться на кинематографических опытах. Какой-то интерес у меня был к телевидению, но оно отнимает слишком много времени и сил. Да и всех денег все равно не заработаешь. Кино для меня важнее: буду писать сценарии для себя и снимать.

— Пока что вы как актриса закончили съемки у Киры Муратовой. Что это за фильм?
— Она опять сняла гениальную, на мой взгляд, картину. «Мелодия для шарманки» — очень грустная, про беспризорников. Кира каждый раз вылепливает для меня роли неожиданные. На этот раз меня одели безумно красиво, я — в короне. Китайцы настоящие — рикши — несут меня по улицам на носилках. Я волшебница, которая не успела спасти очередного беспризорника. Поднимаюсь в прозрачном лифте со своей волшебной палочкой, смотрю на город и говорю: «Боже, мир так огромен и так много несчастных детей, всех не спасешь». Прелесть!

— Сиротки, волшебницы — это святочная история?
— Вообще нет! Реальная история, и Кира опять всех удивит. Главные роли играют дети. Сначала она хотела настоящих беспризорников снимать, но это очень горестно. Настоящие бездомные дети плохо пахнут, у них много заболеваний, это разрушенные маленькие люди.

— Будете еще сниматься?
— Вообще-то, я стараюсь уклониться от актерской работы. Но лишний раз поверишь в судьбу. Никогда не хотела быть актрисой, но именно как актриса и стала известной. Мне еще во ВГИКе очень часто предлагали сниматься, не пойму — почему. Я же была такой страшной, мордатой! Потом уже стала над собой работать.

— Актрисой вас сделала Кира Муратова. Можно ведь так сказать?
— Конечно, так оно и было. Правда, сомневалась долго, были пробы бесконечные, а потом как что-то щелкнуло. Она меня никогда не притесняет, никакое зерно мы с ней не ищем. Только иногда заставляет делать над собой усилие и утрировать что-то. Потому что я обычно произнесу текст — и все, только бы меня не трогали. С Кирой все по-другому. Если она будет звать еще сниматься, ей я никогда не откажу. Но главное для меня сейчас — снимать самой, на этом буду концентрироваться.


8150
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top