Эталонная француженка

Женсовет tata 11.03.2008 15:40
Просмотр списком

Жюльетт Бинош — одна из самых востребованных французских актрис. В прошлом году, в возрасте 43 лет, она стала лицом фирмы Lancome. А совсем недавно снялась в фильме режиссера Седрика Клапиша "Париж". Нашему корреспонденту удалось встретиться с актрисой и задать ей несколько вопросов.

Эталонная француженка

— У вас грандиозный послужной список. Можете сказать, какая роль вам ближе всего?
- Самый красивый, романтический опыт был у меня в фильме «Невыносимая легкость бытия». Несмотря на то, что эта картина повествует о вторжении советских танков в Чехословакию, у всей съемочной группы во время работы было приподнятое настроение. Съемки проходили в Бургундии, рядом с Дижоном, городом, знаменитым своей горчицей. Каждое утро мы с Дэниэлом Дэй-Льюисом, моим тогдашним партнером, садились на велосипеды и колесили по окрестностям. Там, близ Дижона, потрясающая природа, первозданной и какой-то щемящей красоты. Долгое время мы ездили молча, оглушенные этим чудом. У нас с Дэниэлом было ощущение, будто все это не наяву — как будто находишься внутри японской гравюры. Вроде бы эти переживания не имели прямого отношения к фильму, но именно они и помогли мне вжиться в роль. Интересно, что несколько лет спустя я поехала в Прагу, заранее влюбленная в этот город: ужасно хотелось посмотреть на места, откуда родом моя героиня. Но, увы... Я не нашла того, что себе нафантазировала, и была ужасно разочарована. Правда, чуть позже, когда мне вновь пришлось поехать в Прагу на фотосессию, город показался мне гораздо приятнее.

— Гостеприимнее, чем Париж?
— О нет! Париж — извечная моя любовь, город городов, место, которое я люблю больше всего на свете и знаю здесь каждый закоулочек.

— Поэтому вы и согласились сниматься в фильме Седрика Клапиша «Париж»?
- Ну как мне было отказаться от участия в фильме с таким названием?(смеется) Посудите сами! Меня привлекло и то, что Седрик решил снимать картину на натуре, в реальных «декорациях» этого потрясающего города. А надо сказать, что сниматься на фоне своих любимых мест и просто по ним бродить — это две разные вещи. Проходит время, и кино, благодаря своему эффекту «остановленного мгновения», способно вернуть вам ощущение прошлого. Как будто вы вновь бродите по Парижу в том же качестве, в каком пребывали двадцать лет назад. Это трудно объяснить... В этом есть что-то мистическое.

- Какой еще город, кроме Парижа, вам близок?
— Лондон. Он очень позитивный и артистический. Когда я приезжаю туда, обязательно иду в Гайд-парк, сажусь на траву и смотрю на небо. Стоит мне опуститься на траву Гайд-парка, как душа наполняется радостью. Люблю я и Нью-Йорк. Город, в котором я могла бы жить, если бы пришлось уехать за границу. Именно в Нью-Йорке моя дочь начала ходить. Я прожила там шесть месяцев, когда играла в пьесе Гарольда Пинтера. С тех пор Нью-Йорк прочно связан в моих воспоминаниях с дочкой.

— Любовь к детям и любовь к мужчине — насколько разнится природа этих чувств?
— Думаю, что любовь вообще — величайшая роскошь, чудо... И, стало быть, редкость. С другой стороны, чудеса возможны, не так ли? Иногда достаточно в них просто верить. Я завидую тем, кто способен долго любить, кто научился хранить гармонию. Кто умеет соизмерять свои чувства и беречь их от разрушительного воздействия времени. Это, собственно, и есть зрелость — когда на смену романтике приходит другой тип «зависимости», что-то сродни космической связи. Кроме того, любовь — это мир терпения, снисхождения и самоотдачи.

Интересно то, что вас считают эталонной француженкой, при том, что вы не являетесь ею по происхождению.
Моя мама — полька, но у нее есть и фламандские корни. Родители отца родом из Бразилии, а сам он жил долго в Марокко. Так что в моей крови много чего намешано. Я в каком-то смысле — гражданин мира: мне нравится путешествовать, я даже выучила английский, чтобы легче было передвигаться по миру. Кстати, говорю на нем настолько свободно, что в Голливуде меня практически не дублируют. Кроме всего прочего, мне моя работа нравится еще и потому, что дает возможность много ездить и встречаться с массой интересных людей.

— Вы стали лицом марки Lancоme. Это приятный сюрприз для всех нас.
— И для меня тоже. Могу с гордостью сказать, что в моем возрасте Изабелла Росселлини уже ушла на «пенсию». А меня вот пригласили, и я с удовольствием согласилась, подтвердив тем самым, что возрастные рамки для женщины сильно расширились. Если в прошлом веке женщина после сорока лет, что называется, не котировалась, то сегодня совсем иное время. Мне 44 года, и я могу с уверенностью сказать, что мне нравится мой возраст. Нравится быть мамой взрослых детей, нравится играть роли зрелых женщин. Я открываю себя в новом качестве!

— Съемки для журнала Playboyтоже в какой-то степени открыли для вас новые горизонты?
— Я чувствую себя женщиной во всем: могу быть сексуальной, раскрепощенной, а могу быть холодной и недоступной. Я не боюсь контрастов. Фотосессия для журнала Playboy была своего рода соревнованием с самой собой: мне хотелось показать свое тело, открыв для себя какие-то новые возможности. И потом, фотографии были сделаны британским фотографом Джоном Ранкиным, мастером сочетать сексуальность и юмор, и француженкой Марианной Розентель. То есть людьми с отличным вкусом, которые органически не переносят пошлость.

И последний вопрос, традиционный...
— О творческих планах? Готовлю балетный спектакль с Акрамом Ханом. Если удастся, хочу организовать свою выставку живописных работ. Скоро поеду на съемки в Италию, но пока не хочу рассказывать подробно об этой работе.

9422
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top