Джон Ирвинг: я - кухонный мужик

Просмотр списком

Классик современной американской литературы Джон Ирвинг побывал в Москве, где он представил свой новый роман "Покуда я тебя не обрету". Главный герой романа, так же, как и его автор, всю жизнь разыскивает своего настоящего отца. Есть у них и еще одно сходство: оба пережили ранний сексуальный опыт с женщинами много старше себя. Эти и многие другие детали своей жизни и творчества Ирвинг откровенно описал в эссе, опубликованном в New York Times. Корреспондент Tata.ru встретилась и поговорила со знаменитым писателем.

Джон Ирвинг: я - кухонный мужик

- Мистер Ирвинг, это правда, что все свои длиннющие книги вы пишете от руки?

— Да, правда, хотя это и сопряжено с известными трудностями. В результате борцовской травмы я порвал связки на указательном пальце правой руки, и мне пришлось научиться писать без его помощи. Но для меня важно писать именно от руки, потому что таким образом процесс замедляется, книга пишется дольше, раздумчивее. И черновики, и потом, когда я переписываю текст, - а я это делаю обязательно, - я пишу только карандашом.

- Вы работали над романом "Покуда я тебя не обрету" шесть лет, а потом еще девять месяцев переписывали. Этого потребовал главный герой книги?

— Да, сначала я написал роман от первого лица, чтобы у меня была возможность глубже сопереживать главному герою, но потом я решил немного его отдалить и все переписал от третьего лица. Кроме того, рассказ от третьего лица значительно укорачивает текст, а мои книги, вы справедливо заметили, очень длинные. Особенно последняя.

- Основные конфликты ваших книг часто строятся вокруг отношений отца и сына. В новой книге, кажется, вы переключаете внимание на мать героя Алису?

— Да, Алиса замечает, что чем старше становится ее сын, тем сильнее он напоминает своего отца. И она реагирует на эту перемену отрицательно. Однажды в детстве я слышал, как одна тетенька говорила другой: "Боже мой, как он стал похож на отца". И, судя по всему, это был отнюдь не комплимент.

- Что заставляет вас писать после того, как вы раскрыли свои тайны?

— Согласен с вами: если воспринимать это эссе в NYT как мое собственное, то после него действительно трудно продолжать. Но на самом деле это было желание моего друга, критика Мела Гуссова, и его вдовы, передавшей мне незаконченную работу Мела, — завершить его очерк и опубликовать его. Ведь этот текст все равно кто-нибудь да закончил бы. Я просто сам завершил эту работу. Мое детство доводило меня до исступления, но это дало мне силы жить своей жизнью.

- В ваших книгах весьма важную роль играют самые странные предметы. Например, в "Молитве об Оуэне Мини" есть чучело броненосца. Там же — бейсбольный мяч-убийца. Это выдуманные предметы или они реально существовали?

— Ну, мяч, который убивает мать моего героя, он, конечно, выдуманный. Хотя именно после бейсбольного матча меня совратила моя няня, когда мне было 11 лет. А броненосец реально существовал, это был самый первый подарок моего отчима.

-Он все еще у вас?

— О нет, он давно исчез.

— А как вы относитесь к экранизации ваших книг?

— Мне, если честно, не очень понравилась экранизация "Мира глазами Гарпа", но Джордж Рой Хилл, режиссер фильма, был моим другом. Сначала он предложил мне сделать сценарий, а я почему-то сразу не сказал, что мне это неинтересно и что я не вижу эту книгу фильмом. Но я не жалуюсь, потому что он дал мне шанс сделать это. Мне также не было интересно заниматься экранизацией "Отеля „Нью-Гэмпшир“. Меня вообще не слишком привлекает идея экранизации. Существует только одно исключение: „Правила виноделов“. Я четко видел сам, какой из этого материала может получиться фильм, и впоследствии лично прописывал сценарий - так что там все было исполнено абсолютно точно.

-Значит, у вас еще и кинематографическое видение развито?

— Думаю, да. Мне совсем не трудно представить тот или иной фрагмент текста в виде фильма. Возможно, мне в этом помогает мое театральное прошлое. В свое время я был актером. К тому же, в молодости я был большим поклонником европейского кино.

- Французы? Итальянцы?

— Да, и Франсуа Трюффо, и Федерико Феллини, и еще чех Милош Форман. Но, прежде всего, Бергман. Поэтому, кстати, когда я воспользовался правом подбирать режиссера для „Правил виноделов“, то остановил свой выбор на Лассе Хальстреме. Впрочем, с этой постановкой история была длинная. Один режиссер умер, двоих пришлось уволить, пока не появился Лассе.

А вы говорите на иностранных языках? Вы ведь учились в Австрии?

— Да, я говорю по-немецки.

- И читаете себя в переводах?

— Ну, нет — я знаю немецкий не на том уровне, чтобы читать свои собственные произведения. Я ведь пишу очень сложными предложениями (смеется).

- Если оставить в стороне ваше творчество, что вы сейчас читаете?

— Я теперь в основном перечитываю.

- А кого именно?

— Большей частью — Диккенса.

- Слышала, вы любите Достоевского...

— Да, Достоевского тоже иногда перечитываю. Но в основном — Диккенса.

- Я однажды воспользовалась рецептом вашего соуса для салата из романа „Мир глазами Гарпа“ (зеленый перец поджаривается на гриле, очищается от кожуры, размельчается и смешивается с оливковым маслом, уксусом и специями) и с тех пор готовлю его. А кто занимается кухней в вашей семье?

— В моем доме я — кухонный мужик! Кроме меня вообще никто не готовит!

2813
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top