Федор Добронравов: Героя-любовника сыграю с удовольствием

Женсовет tata 21.11.2008 15:05
Просмотр списком

Федор Добронравов — один из немногих современных комедийных актеров, который умеет быть непошло смешным. Его карьера, несмотря на возраст, началась совсем недавно. Но его роли уже запомнились российским телезрителям.

Федор Добронравов: Героя-любовника сыграю с удовольствием

— Так уж вышло, что широкая публика узнает актера только после того, как он становится лицом из телевизора. Ваши роли в сериалах «Кадетство» и «Ликвидация» сделали вас узнаваемым?

— Да, это так. Конечно, не только «Ликвидация» и «Кадетство», но и «Шесть кадров», и масса других проектов. Такого, чтобы однажды утром я проснулся и понял, что стал знаменитым, у меня не было. Все происходило постепенно.

— Вас часто узнают на улицах?

— Узнают, конечно, хотя я стараюсь быть незаметным. Но так как мои персонажи, в основном, комедийные и очень позитивные, узнав меня, прохожие, как правило, начинают улыбаться. Это приятно.

— Федор, вы долгие годы рвались в актерскую профессию. Потом вы играли в театре, который не приносит массовой популярности. Но с тех пор, как вы стали появляться на телеэкранах, ваше лицо стало известно широкой публике. Путь к славе оказался очень долгим. Жалеете об этом?

— Нет, я вообще ни о чем в жизни не жалею. Хотя, конечно, хотелось бы, чтобы этот момент произошел пораньше. Хотя бы потому, что я никогда не сыграю многих персонажей уже в силу возраста. Например, того же Ромео я уже совершенно точно перерос (улыбается). Но какой актер не мечтает получить какую-нибудь хорошую классическую роль? Хотя на сегодняшний день я не могу назвать конкретных персонажей, которых во что бы то ни стало хотел бы сыграть. Одно время, правда, мечтал сыграть Ставрогина... Понимаете, у меня сильное несоответствие внешности и ощущения своего возраста. Чувствую я себя на 28-30 лет, а «сверху» я уже довольно лысый человек (улыбается).

— Ваша судьба похожа на судьбу Золушки — вас заметил Константин Райкин в спектакле самодеятельности и пригласил в Москву, в свой театр «Сатирикон». Но к этому времени у вас уже была семья, дети. Не страшно было срываться с места?

— Это была не самодеятельность, а Воронежский молодежный театр. Дело было так: театр «Сатирикон» приехал на гастроли, мы показались Константину Аркадьевичу, после чего он и пригласил нас в свой театр. Конечно, срываться с места всегда страшно. Но я сделал этот поступок и не жалею о своем решении. Жилья, конечно, не было, приходилось нелегко, но хорошо, что в Москве у меня нашлись друзья, которые помогали мне устраиваться на дополнительную работу. Так, одно время я мыл полы в выставочном зале на Крымском валу... А что делать? Заработок в театре маленький, а мне надо было содержать семью, высылать им деньги... Друзья мне очень помогли тогда: кто с ночлегом, кто с работой. Потом начались гостиницы, съемные квартиры...

— Семью сразу в Москву забрали или через какое-то время?

— Где-то через год. Сначала мы жили в гостинице «Звездная», неподалеку от театра. Нас много было в театре

Федор Добронравов:

иногородних, и театр снимал нам в «Звездной» комнаты. Но я помню, что мы жили большой дружной семьей, старались друг другу помочь. Жили довольно скромно, готовить в гостинице категорически запрещалось, но у меня подрастали дети, поэтому приходилось как-то прятаться, открывать окна, чтобы выгонять запахи. Что говорить, если запрещено было пользоваться даже кипятильником? Но вообще к нам снисходительно относились, понимали, что нам и без того несладко приходится. Что-либо достать было практически невозможно, все выдавалось только по талонам. Мы перебивались макаронами, а одно яблоко делилось между детьми на два дня... Даже вспоминать эти времена сейчас страшно...

— Вы стали отличным комедийным актером, а ведь мечтали быть клоуном. Жалеете о том, что не пришлось выходить на сцену в рыжем парике?

— Я уже столько переиграл за эти годы клоунов — и в париках, и без, поэтому ни о чем не жалею. Как драматическому артисту мне приходится так или иначе переживать судьбы сотен клоунов.

— Ваше амплуа — немолодой, комичный, грубоватый, простоватый, но добродушный персонаж, такой человек из народа. Таким вы были в «Ликвидации», таким в утрированном виде были в «Кадетстве», таким часто оказываетесь в «6 кадрах». Не устали от этого образа?

— Конечно, устал. Хочется сыграть что-то совершенно другого плана. Но я к этому постепенно иду. Например, в этом году снялся в фильме «Как Иван Иванович поссорился с Иваном Никифоровичем» режиссера Константина Худякова. Там соединены два произведения Гоголя — «Старосветские помещики» и «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». Я играю Ивана Ивановича. Конечно, хочется играть серьезные, классические роли, чтобы зрителям стало понятно, что я не однобокий комедийный артист. Хочется показать свое умение с разных сторон.

— Серьезные роли у вас уже были?

— Главных не было — только эпизоды. Например, у Светланы Дружининой в «Тайнах дворцовых переворотов». Но что толку говорить об эпизодах — их все равно или не знают, или не помнят. Я жду серьезных ролей.

— Хотелось бы сыграть героя-любовника, ну или просто Гамлета?

— Гамлета — это к тем ролям, которые я уже перерос. А героя любовника... Может, если бы кто-то предложил, и это оказалось бы действительно здорово и непошло — то с удовольствием.

— Есть ли роль, которую вы никогда не согласитесь сыграть?

Федор Добронравов:

— Я назвать такую роль не могу. Хотя в порнофильме точно сниматься не стану! (улыбается). А в целом, думаю, все зависит от материала. Главное, чтобы в этом не было оскорбления личности и пошлости. Например, в спектакле «Переполох в голубятне» я играю гомосексуалиста. Ну и что? Это же спектакль не про гомосексуалистов, а просто с их участием. Это часть нашей жизни.


— В «6 кадрах» в скетчах о Сталине Сталина играете вы. Почему вы?

— Портретное сходство — вот и все. Просто мы с ребятами однажды сели и посмотрели, кто на кого похож. Так, Сергей Дорогов в гриме похож на Ленина, я — на Сталина, а Андрюшка Кайков — на Гитлера. Их и играем.

С одной стороны, есть целый пласт анекдотов о Сталине и тех временах, с другой, многим не нравятся шутки на тему Великой Отечественной и сталинского режима. Вас не упрекают за то, что вы пытаетесь об этом шутить?

— Мы очень бережно к этой теме относимся. Сразу договорились, что не будем шутить над ветеранами Великой отечественной войны. Мы стараемся касаться этой темы очень осторожно, никого не обижая. По крайней мере, нам еще ни разу не сделали на эту тему замечания... Но если кому-то что-то и не нравится, то это тоже нормально. У каждого свое мнение, мы не можем угодить всем. Главное — мы стараемся никого не обижать. Ведь на самом деле даже во время войны было очень много юмора, именно это мы и стараемся показать.

— Кстати, почему в ваших скетчах никогда не бывает шуток о политике — о современной политике? Ведь это одна из самых популярных тем для сатиры и юмора? У нас несмешная политика?

— Дело в том, что сами политики — настолько хорошие юмористы, что зачем нам повторяться? Они и так ежедневно по телевизору мелькают... И потом, это для нас чересчур легкий ход: воспользоваться современными персонажами, громкими фамилиями... Это уже сатира получается, а у нас в передаче ее нет. У нас — только юмор.

— Кто придумывает сюжеты для «6 кадров»?

— Очень большое количество людей. Потом они отбираются, отсеиваются и поступают к нам уже в готовом виде. Последней инстанцией служит наш режиссер Саша Жигалкин.

— Часто ли бывает так, что они рождаются просто в результате импровизации во время съемок?

— Конечно, бывает и такое. Бывает, в сюжете не хватает точки, и мы придумываем ее сами. Это же совместный

Федор Добронравов:

бригадный подряд, желания многих людей, чтобы наша передача существовала. Есть, например, масса анекдотов, которые придумал я, но никогда не в авторстве не признаюсь. Потому что это давно вылилось в народное творчество, а авторов анекдотов на свете просто не существует (улыбается).

— Начав актерскую карьеру, вы, по сути, основали актерскую династию — оба ваши сына тоже на сцене. Многие актеры не хотят, чтобы их дети шли по их стопам. Вы не были против их выбора профессии?

— Был. Пытался с ними поговорить, но это их судьба, их выбор. Они сказали, что все равно пойдут.

— Вы следите за их творчеством?

— Готовые вещи, конечно, вижу, а так чтобы ходить к ним на репетиции — этого нет. Я тогда сам работать не смогу (улыбается). На сегодняшний день все, что они делают, меня удовлетворяет. Конечно, они со мной советуются, и чем могу, я всегда им помогаю. Хотя на самом деле мне кажется, что я — человек уже устаревшей формации, не понимаю многих современных вещей, поэтому чаще я к ним за советом обращаюсь, чем они ко мне.

— Скажите честно, ваши мальчики первые роли получали, благодаря вам?

— Нет. Ванька прошел кастинг, если говорить о фильме «Возвращение». Было около трехсот мальчиков, сам Андрей Звягинцев просматривал. Ванька со мной тогда уже играл в «Сатириконе» в спектакле «Слуги и снег». Однажды мне позвонили и спросили, не хочу ли я привести сына на кастинг. Я даже Андрея тогда не знал. Также и с Виктором. Когда он поступал в Щукинское училище, я палец о палец не ударил. Да меня тогда никто особо и не знал, на тот момент я не так давно перебрался в Москву...

— Ваш младший сын сыграл одного из главных героев в фильме «Возвращение» — тяжелом фильме о взаимоотношениях отца и детей. А чему вы в первую очередь стремились научить своих сыновей?

Федор Добронравов:

— Не могу сказать одним словом, это очень сложно. Я хочу и всегда хотел, чтобы они росли порядочными людьми, честными, преданными, великодушными, трудолюбивыми. Как бы громко ни звучали эти слова, но мне хочется думать, что я смог вложить в них эти качества. А если в них есть талант, так это не я в них вложил, а господь Бог. А так, жизнь — сложная штука, и порой требуется очень много сил, чтобы оставаться человеком. Найдутся у них силы остаться людьми — замечательно. В остальном же, пусть сами рожают детей, сами воспитывают их, идут своей дорогой...

— Вы уже готовы стать дедушкой?

— Вполне! Буду этаким молодым дедушкой — меня это слово совершенно не пугает, потому что в плане возраста дедушкой я себя абсолютно не чувствую. Возраст — это такая ерунда!

— В детстве вы мечтали стать клоуном. По сути это получилось. О чем вы мечтаете сейчас?

— Есть такой общепринятый стандарт: каждый мужчина должен построить дом, посадить дерево и воспитать сына. По поводу последнего пункта я план даже перевыполнил (улыбается). Значит, теперь мне осталось построить дом, посадить дерево и воспитать внуков. А больше ничего и не надо, наверное... Я мечтаю о внуках. А если первой родится внучка — это будет вообще замечательно!

4932
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top