Ольга Арнтгольц: "Мой мужчина должен быть умным, надежным и мужественным"

Просмотр списком

Близнецы — явление в кинематографе уникальное. О том, какое место в жизни занимает сестра, кем хотела стать и чего никогда не сыграет, Ольга Арнтгольц рассказала корреспонденту TATA.RU

Ольга Арнтгольц: "Мой мужчина должен быть умным, надежным и мужественным"

— Ольга, почти все материалы о вас сводятся к теме ваших взаимоотношений с сестрой-близнецом Татьяной. Скажите честно — не надоело?
— Вы знаете, надоело-не надоело, но это, мне кажется, естественно. Может быть, если бы у каждого актера был брат или сестра близнец, то это было бы обыденно, но так как у нас случай достаточно уникальный, то эти вопросы логичны. Хотя, мне кажется, мы уже, что только не рассказывали о том, чем мы отличаемся и чем похожи.

— Признаюсь, я думал о том, как эту тему, если не обойти, то хотя бы минимизировать, но в итоге все равно, большая часть моих вопросов - о ваших с Татьяной взаимоотношениях. Вы уж простите.
— Ничего страшного, я понимаю.(Смеется)

— Насколько я знаю, вы на 20 минут младше Татьяны. Ощущаете себя младшей сестрой?
— Я больше ощущаю себя старшей сестрой. По моему внутреннему устройству и по тому, как я отношусь к каким-то вещам, в отличие от Тани. Я более собранный и серьезный человек, умею сдерживать эмоции. Сестра более эмоциональная, часто сначала делает, потом думает. Младшей я ощущаю себя только физически, потому что я меньше, пониже, как-то... миниатюрнее. Сестра чуть больше и повыше, всегда так было.

— Вы с сестрой родились в актерской семье. Это предопределило выбор будущей профессии? Вернее так: как думаете, не будь ваши родители актерами — вы все равно пришли бы к этой профессии или занялись бы чем-то другим?
— Наверное, 50 на 50. Дело в том, что мы не собирались быть актрисами, ни в какую и наотрез. Папа всегда говорил, что он не хочет, чтобы мы были актрисами, а мама не видела у нас к этому предрасположенности. Как-то у родителей был юбилей (папе исполнялось 60 лет, а маме 50), их снимали в передаче на нашем Калининградском телевидении, и маму спросили «ваши дети пойдут по стопам родителей?». На что мама ответила «нет, я не вижу в них того, что должно быть в человеке, который хочет и может быть актером». А спустя пару лет так получается, что нас переводят в другую школу в 10-й театральный класс, попасть в который было почти невозможно - по сути это был единственный блат в нашей жизни. И перевели туда, не потому что нас хотели сделать актрисами, а потому что была возможность туда попасть: там были педагоги, которые знали наших родителей (не лично, а по спектаклям). Мы с сестрой не хотели туда идти, у нас в семье даже был скандал на эту тему, но родители настояли. Как я уже говорила, не потому что хотели, чтобы мы учились актерскому мастерству, а просто потому что школа очень хорошая, и нас могли там многому научить. А мы с сестрой в тот момент хотели быть спортивными журналистами.

— Какой вид спорта интересовал?
— Мы много занимались спортом с самого детства, поэтому спорт был с нами все время. Мы занимались художественной гимнастикой, большим теннисом, плаванием, пятиборьем. В какой-то момент мы увлеклись балетом и на время перестали заниматься спортом, а когда к нам вновь вернулось желание заниматься спортом профессионально, было уже поздно. И мы поняли, что можем соприкоснуться с ним уже только теоретически, к примеру, в качестве журналистов.

— Сейчас эти мысли оставили?
— Сейчас да. Профессия уже появилась. Поэтому, заканчивая тему — должны ли мы были стать актрисами или не должны, было это заложено в генах или нет... судите сами.

— Хорошо, думаю, читатели рассудят. Продолжая тему близнецов: очевидно, что в том, чтобы иметь сестру близнеца — есть масса плюсов. Можете назвать минусы?
— Минусы... (задумывается) Минусы в том, что с детства мы ходили вместе, вместе росли, всегда жили в одной комнате, и все у нас было общее. Т.е. жили как один человек, неотделимо друг от друга. Вместе в школу, вместе из школы. А в какой-то момент выросли и поняли, что не можем быть вместе постоянно, когда-то ведь нас разъединят. А как же жить одной?! И когда в какой-то момент мы поняли, что нас разрывают, это было трагедией.

— В какой момент этот разрыв произошел?
— Он произошел на первом курсе, это было связано с третьим человеком — мужчиной, который появился в жизни.

— У вас или у сестры?
— У меня появились первые романтические отношения. И вдруг сестра стала осознавать, что почему-то нас разрывают, почему-то домой я уже иду не с ней, а с кем-то другим, как же так... Это был первый такой тяжелый момент. Потом то же самое началось у меня, когда у сестры появились отношения. И так было несколько раз в жизни, и до определенного момента мы не могли это принять. Мы даже начали из-за этого ссориться. Но потом выросли, и мама объяснила нам с Таней, что никто никому ничего не должен, и у каждого своя жизнь.

— Т.е. основной минус- неизбежность разрыва?
— Конечно. Кстати, я думаю, что родители должны были нам раньше это объяснить, чтобы мы были морально к этому готовы, тогда мы могли бы избежать многих пролитых слез.

— Вы с Татьяной сейчас: две абсолютно разные индивидуальности или две части одного целого?
— И то, и другое. Думаю, что в жизни мы, скорее, две части одного целого, а в профессии мы абсолютно разные.

— Как делите роли между собой? У вас есть какие-то распределения: «вот такие роли больше подходят мне, а такие Тане» или руководствуетесь здоровой актерской конкуренцией без каких-либо договоренностей?
— По сути, у нас даже нет такого выбора, потому что решает режиссер, кто какую роль будет играть.

— Но перед режиссером часто может встать непростой выбор, потому что вы очень похожи. Как быть в таких ситуациях?
— Мы ходили на пробы в самом начале карьеры. Первые года два мы ходили вместе, а потом нас разделили по работам. И мы быстро поняли, что мы разные и играть будем разное.

— В чем эта разница?
— Таня более жесткая, ее героини старше моих. У меня больше лирики, более юные героини.

— Есть в жизни Ольги Арнтгольц что-то настолько «свое» личное, о чем не знает даже сестра?
— Нет, сестра — это человек, который знает обо мне все, и мне тоже кажется, что я знаю о ней все. Ну, может быть, сейчас что-то ускользает, поскольку ведем разную жизнь, но это мелочи. Все всегда было общим, и мы всегда все друг другу рассказывали.

-В одном интервью пару лет назад вы рассказали, что Татьяна снималась на тот момент гораздо чаще вас, но вы только рады за нее и желаете ей успеха. Скажу честно, если бы у меня был брат-близнец, к тому же более успешный в моей же сфере, я бы, конечно, отвечал так же как вы, а по ночам строил планы о том, как посильнее его поколотить, не оставив следов. Действительно вообще никакой конкуренции и зависти?
— (Смеется) Никакой. Я всегда буду так говорить и чувствовать. Таня — самый мой близкий и любимый человек.

— Были ситуации, когда пользовались внешним сходством? Например, на экзаменах в школе менялись или над молодыми людьми подшучивали?
— Мне кажется, что это больше миф о двух похожих людях, которые бесконечно шутят, разыгрывают. Причем миф этот придумали люди, которые не имеют близнецов, но им кажется, что близнецы должны бесконечно пользоваться своим сходством.

— Ольга, вы влюбчивый человек?
— Да.

— Вы для себя сформировали тип «своего» мужчины? Есть какие-то основные характеристики, без которых никак?
— Конечно. Это должен быть человек умный, надежный, мужественный.

— Что для вас входит в понятие «мужественный»?
— В этом, мне кажется, и ум, и сила, и какая-то сдержанность.

— Это скорее стиль поведения или конкретные поступки?
— Это во всем. Это может проявляться в поступках человека, а не, к примеру, в подарках или словах. Он может не подарить вообще ничего, но совершит столько поступков, что я о подарках и не вспомню.

— Т.е. лучшие подарки — поступки?
— Конечно.

— Были ли в жизни случаи, чтобы мужчины подрались из-за вас?
— Я очень не люблю драки, даже смотреть на это не могу, мне плохо становится, поэтому если и были какие-то порывы, я всячески пыталась не допустить этого. Тем более, в возрасте лет двадцати, все такие порывистые... Пытались, конечно... там кто-то что-то резать себе пытался.

— Это льстит?
— Наверное, да. (Смеется) Было бы глупо, если бы я сказал наоборот.

— У вас с сестрой вкусы относительно мужчин совпадают или они разные?
— Совпадают.

— Проблем не возникало из-за этого?
— Нет. Никогда. В какой-то момент срабатывал блок относительно молодых людей сестры - что это друг, это товарищ.

- У кого чаще блок срабатывал: у вас или у Тани?
— Все как-то само происходило. Человек отдавал кому-то предпочтение, и даже вопросов таких не возникало.

— Даже теоретически не допускаете такую ситуацию?
— Если бы так произошло, что каким-то образом возник один человек, то это была бы драма. Если бы, не дай Бог, человек еще и сам метался... Мы с сестрой как-то разговаривали на эту тему и пришли к выводу, что в такой ситуации обе исключили бы его из своей жизни. Потерять сестру для меня не сопоставимо ни с чем. Любовь не должна никогда ставить такой выбор.

— Ощущаете себя популярной?
— (Задумывается) Я не могу себя назвать популярной. Узнаваема — это да.

— А в чем разница?
— Популярность — наверное, это... (снова задумывается). Хотя, может быть это одно и то же. Ну, я не могу сказать, что меня знает каждая собака, куда бы я не пришла.

— Может быть людьми ограничиться?
— (Смеется) Ну это я так. Честно, я не заглядываю в интернет, не смотрю никаких рейтингов - я за этим не слежу и не придаю этому большого значения.

— Т.е. в профессии актера популярность для вас не играет ключевую роль?
— Каждому актеру хочется, чтобы его знали, чтобы его узнавали, хочется чувствовать внимание, и я бы врала, если бы сказала, что для меня это неважно. Но я никогда не придавала этому основного значения. Мне всегда хотелось и хочется быть хорошей актрисой, чтобы, прежде всего профессионалы — мои коллеги, поставили мне высокую оценку. Мне важно мнение профессионалов, у меня много таких друзей, искушенных зрителей, и мне очень больно, когда я по их реакции понимаю, что сделала что-то не так. Если я прочитаю об этом где-то в интернете, то мне будет все равно, я не придам этому значения.

— Как выбираете фильм, в котором соглашаетесь играть? Что для вас важно?
— В первую очередь важен материал. Мне как актрисе, должно быть интересно играть это. Это может быть современность или классика, но мне должно быть интересно. Мне важен режиссер, потому что от него многое зависит.

— Предположим, есть выбор — режиссер с именем или неизвестный режиссер с тремя работами, которые вам очень понравились. Кого предпочтете?
-Для меня интереснее второй вариант. Я выберу по материалу, безусловно.

— Можете назвать любимых западных режиссеров?
- Мне очень нравится польский режиссер Кшиштов Кислевски. У него очень хорошие фильмы. Вообще, мне больше нравится европейское кино, потому что оно более приближено к жизни в отличие от американского. Там все более настоящее, человеческое.

— Можете назвать пару фильмов?
— У Кислевски есть такой фильм «Три цвета. Белый, красный, синий». Еще у него есть «Двойная жизнь Вероники». Фильм «Тайная жизнь слов» Изабель Койшет очень нравится. Это такие не массовые, но потрясающие фильмы.

— Есть роль, о которой мечтаете?
— Такие вопросы всегда ставят в тупик.

— Не думали об этом?
— Думала, но так много еще хочется попробовать... Вы знаете, на 4-ом курсе я начинала репетировать Джульетту из «Ромео и Джульетты». Наверное, эту роль я очень хочу сыграть.

— Почему хочется сыграть Джульетту? Что в ней такого хорошего?
— Ну, это Шекспир... Мировая драматургия. Там есть все: и драма, и трагедия, и любовь. «Копать не раскопать». Мне хочется понять, могу я или нет, и кажется, что могу.

— Какие эмоции вы бы хотели, чтобы испытывал зритель от фильмов, в которых вы играете?
— Всегда хочется, чтобы работа попала в сердце. Чтобы она вызвала эмоции. Слезы, боль. Хочется, чтобы человек не остался равнодушен. Чтобы ушел с какими-то мыслями, чтобы не забыл о фильме сразу, а думал о нем, чтобы это не прошло бесследно.

— Есть табу в кино? Что не будете играть никогда?
— Нет, наверное, ничего такого.

— Обнаженной? Откровенные любовные сцены?
— К этому я отношусь очень осторожно. Я считаю, что у нас это не умеют снимать. Не умеют эти сцены обосновывать. Когда происходит обнажение, это должно быть драматургически обосновано и оправдано, а в нашем кино это не так. Ну и у меня есть определенная закрытость, конечно, удовольствия я от этого не получаю. Мне это ужасно тяжело.

— Можете вспомнить событие в жизни, перед которым волновались больше всего?
— Я жутко волновалась, когда нужно было идти за результатом в Щепкинское училище, когда должны были огласить, кого взяли на курс. При поступлении туда нам сказали, что мы уже студенты, но не должны ходить больше не по каким курсам. А мы пошли... Подумали «ну мало ли чего пообещают» и пошли в «Щуку», во МХАТ. В «Щуку», кстати, уже брали. И когда об этом узнали в «Щепке», нас вызвал к себе «худрук» и сказал «вы у меня учиться не будете». Это было горе! Мы поняли, что мечта рушится. Нам предложили прийти на конкурс, но предупредили, что теперь уже не факт, что возьмут. И когда мы пришли за результатом конкурса, я безумно волновалась.

— Не боялись, что одну возьмут, а вторую нет?
— Поначалу, нет. Думали, что если одна поступит, то это уже будет счастье. А когда уже пригласили обеих, то решили «вместе так вместе».

— Т.е. больше волновались не когда шли на конкурс, а когда шли за результатами?
— Да. Мы понимали, что на конкурсе мы прочитаем, споем и т.д., а вот перед результатами тряска была невероятная.

— Недавно я общался с Настей Цветаевой, с которой вы вместе работали над озвучиванием мультфильма «Феи», и она рассказала, что озвучивать мультфильм — было ее мечтой. Расскажите, кого вы озвучивали, и понравилось ли вам?
— Не могу сказать, что я мечтала озвучивать мультфильм, но когда появилась такая возможность, когда проходили пробы, я вдруг поняла, что очень хочу. Мне безумно понравилось, я получила кучу положительных эмоций. Моя героиня — фея по имени Серебрянка, она отвечает за стихию воды. В американском варианте ее озвучивает актриса Люси Лью. У нас будет еще три части этого мультфильма, и я рада, что эта работа продолжится.

— Может быть вопрос слегка провокационный: кто с вашей точки зрения обладает большим актерским талантом: вы или сестра?
— Конечно, хочется сказать, что не мне судить. Я люблю свою сестру, считаю ее очень способной актрисой. Могу сказать, наверное, так: какие-то вещи, в которых у нее больше опыта, она делает лучше, чем я.

— Какие, например?
— Например, на одних пробах была сцена тонкого обольщения партнера. Я понимала, что в моей природе этого меньше, я делаю это по-другому, как я — Оля, а Таня делает это именно так как нужно, и она умеет это делать. Поэтому взяли ее, а меня не взяли. (Смеется)

9782
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top