Петр Красилов: "Порнофильмы меня пока не интересуют"

Женсовет tata ролю 19.04.2010 12:14
Просмотр списком

Известный молодой актер Петр Красилов рассказал корреспонденту Tata.ru о вещах, которые он не сделает никогда, о грустных и веселых клоунах, о русских и японцах и о многом другом.

Петр Красилов:  "Порнофильмы меня пока не интересуют"

— В последнем вашем фильме «Варенье из сакуры» вы сыграли бизнесмена, который приглашает в свою фирму антикризисного менеджера из Японии. Интересное решение, менталитеты же у нас и у японцев совсем разные!

— И это столкновение двух менталитетов как раз и показано здесь в юмористической форме. Японский представлен в виде упорядоченного существования на рабочем месте, в то время как наш — в виде хаоса. И это порождает правильное сочетание: наступает порядок, но результат достигается именно с помощью всей этой неразберихи.

— Как думаете, чем отличаются русский от японца?

- Японцы все свои чувства скрывают внутри, не показывают остальным. Там, чем менее эмоционален человек, тем лучше. А у нас наоборот. Если ты в себе, тебе тут же скажут: «Эй, ты что молчишь? Разговаривать со мной не хочешь? Я тебе не нравлюсь?» Поэтому русские выплескивают свои эмоции наружу — тогда тебя будут считать нормальным компанейским человеком, любителем жизни.

— Вы придерживаетесь распространенного мнения, что деньги делают человека счастливым, а их отсутствие — несчастным?

— Смотря, что человеку нужно от жизни. Если для того, чтобы прекрасно себя чувствовать, вам нужно пять автомобилей, несколько квартир в Москве и дом в каждой стране, то без серьезного капитала не обойтись. А если — просто любви, то без денег вполне можно жить. Но и это относительно. Все-таки, в наше время, к сожалению, слишком многое зависит от финансового состояния: без гроша в кармане не сходишь в кино, не приедешь на встречу на другой конец города. Поэтому с деньгами лучше, с ними чувствуешь себя свободнее.

— Актера, наверное, сложнее всего раскусить — счастлив он или нет, поскольку всегда может «надеть» нужную маску. Кстати, насколько это помогает в жизни, скажем, в отношениях с женщинами?

— Маски — это профессиональное, в жизни они не нужны. Представь, что ты завоевал женщину одним и продолжаешь менять образы, но, в конце концов, ей это надоест, и она задаст вопрос: «А какой ты на самом деле?» Какую маску выбрать? Ту, что была на прошлой неделе, или ту — что полгода назад? Нет, я твердо убежден, в жизни надо быть самим собой. В профессии — да, нужно быть разным, поскольку, чем ты разнообразнее, тем тебе интереснее.

— Есть рамки, за которые вы никогда не выйдете, какой-то жанр кино или реклама?

— Ну вот, порнофильмы меня не интересуют пока.

— А артхаус?

— Это прекрасно. Правда, пока не было предложений.

— Как вы считаете, чем привлекают актеров артхаусные проекты, ведь это, как правило, весьма специфическая история, да и бюджет небольшой?

— Я думаю, что свободой самовыражения. Позволительно очень много эмоций — как внутренних, так и внешних. Привлекает и то, что в итоге из картины может получиться такое, что никто не снимал. Что это будет еще одна страница в истории кино. Ведь не всегда огромный бюджет порождает шедевр, много хороших вещей создается и бесплатно. Вопрос лишь в том, можешь ли ты сейчас позволить себе работать бесплатно. В нашей среде многие разделяют работу на искусство и ту, что приносит деньги. И это нормально — каждому нужно семью кормить. Если ты, скажем, год будешь сниматься ради искусства, но абсолютно бесплатно, то потом про тебя, конечно, скажут, что ты велик, ты прекрасен, но дома могут не понять. И тебе сложно будет оправдать себя. Так что лучше заниматься и тем, и другим, если есть возможность.

— Почему вы вообще решили стать актером?

- Случайно. Мне надо было перейти из одной школы в другую, и мне посоветовали школу, где был класс с театральным уклоном. Я спросил, зачем, и педагог по русскому языку и литературе пообещал, что там будет интересно, и у меня получится. Сам я никогда не хотел быть актером. А режиссером — тем более. И вот я пришел в ту школу, и мне понравилось это существование в игре. Вроде бы это предмет, а вроде — игра. Я увлекся ей, хотя серьезно к этому не относился. Мне казалось, что дети в девятом классе просто играют в игры, не спортом занимаются, ни математикой, а просто разыгрывают разные случаи. В результате я забросил общеобразовательные предметы. Тогда вызвали мою маму и сказали: «Ольга Петровна, если вы хотите, чтобы ваш сын знал еще что-то, помимо игр, его надо забирать из школы, потому что он слишком увлекся». И меня забрали в соседнюю школу: там у меня сразу все стало нормально и с алгеброй, и с геометрией, и с химией, да еще и биологией увлекся. Я хотел поступать в химико-биологический колледж, но не нашел такой. И в этот момент мне позвонили из театрального класса и сказали, что на общеобразовательные предметы я могу ходить в одну школу, а на театральные — к ним. Я снова поинтересовался, зачем. Мне ответили, что потом я смогу поступить в театральный колледж. Я подумал: раз химико-биологический колледж я не нашел, тогда пойду в театральный. Именно там мне и привили любовь к профессии, там я понял, что хочу быть артистом, потому что мне нравится в один и тот же день быть разными людьми, но при этом оставаться самим собой для своих близких.

— А Ольга Петровна, насколько я знаю, работала в цирке в отделе кадров?

— Вроде да, я точно не знаю. Она работала в Союзгосцирке, и на ее кабинете я видел табличку «Отдел кадров». И раз до сих пор она меня не поправила, значит, это так.

— Наверное, вы в цирке часто бывали.

— Конечно. У меня все детство прошло там!

— Удивительно, что при этом вы не хотели стать актером!

Так я же знал цирк изнутри. Когда я приходил туда, то приходил за кулисы. Я видел, как артисты готовятся, разминаются, я общался с животными в клетках, я ощущал этот запах, и лишь когда начиналось представление, я садился на зрительские места. Я видел колоссальный труд этих людей, эти невероятные физические нагрузки. Люди в буквальном смысле дрессировали себя. Я слишком хорошо понимал, что у меня не хватит терпения на все это. К тому же, я не из цирковой династии — это тоже не маловажный фактор.

— Правда, что клоуны — самые грустные люди на свете?

— Неправда. Хотя тогда я ведь был ребенком, поэтому никто не показывал мне своей грусти, своих проблем. Нет, для меня цирк — это праздник, радость, волшебство. Когда мы приходили в гости к цирковым артистам — домой или в вагончик — всегда было ощущение, что ты находишься на другой планете, что это другие люди — не те, что на улице и во дворе. Мое детство прошло, когда еще был железный занавес, и выезжать за границу могли только балетные и цирковые. И ты общаешься со своими сверстниками, и они знают о мире гораздо больше тебя, ведь они видели его живьем, а не в книжках или по телевизору.

— И даже после этого вы не хотели стать циркачом?

— Да я вообще хотел быть путешественником. Я удивлялся, что нет такой профессии — «путешественник». Представлял, как прихожу на работу, а мне выдают билеты и говорят: «сегодня вы должны поехать в эту страну, посмотреть ее, потом — в другую». Ничего не делать - просто путешествовать. Вот кем я хотел работать! Сейчас при наличии денег путешествовать очень просто, потому что за короткий период времени ты можешь объехать много разных стран. А вот если бы была такая профессия, тогда и деньги были бы не нужны!

3642
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top