Алексей Тихонов: "Я соблазнял неубедительно"

Просмотр списком

Накануне премьеры ледового спектакля "Огни большого города" корреспондент Tata.ru встретился с одним из участников этого шоу – фигуристом Алексеем Тихоновым. Беседа не ограничилась обсуждением необычного ледового мюзикла Ильи Авербуха. Алексей рассказал о работе на театральной сцене, где играет в спектакле "Ненормальная" вместе с Екатериной Стриженовой, об участии в телепроекте "Лёд и пламень" и о своей новой роли в семье – роли отца.

Алексей Тихонов: "Я соблазнял неубедительно"

- Алексей, очень скоро состоится премьера ледового спектакля Ильи Авербуха «Огни большого города». Скажите, когда Илья пригласил вас участвовать в этой ледовой постановке, вы сразу согласились?

— Насколько я знаю, Илья уже достаточно давно вынашивал идею создания ледового спектакля, поэтому когда нам с Марией (Мария Петрова, партнерша и супруга А.Тихонова — авт.) поступило приглашение, мы согласились, не раздумывая. «Огни большого города» — грандиозный проект, аналогов которому нет пока нигде — ни в России, ни в мире. Это исключительно российский «продукт», и нам очень приятно участвовать в его создании.

— Какую роль будете играть в этом спектакле вы?

— Моего героя зовут Хавьер. У него, как и у многих молодых людей, есть своя, пока еще не сбывшаяся мечта: стать знаменитым музыкантом. Он уже скопил достаточно денег на гитару, поэтому решает уехать из большого города на ферму, чтобы написать там песни и вернуться в мегаполис с фейерверком хитов. Мой герой — человек, который ищет себя и своё место в жизни. Получается у него это далеко не сразу. Но он не сдается: продолжает работать, верить и надеяться.

— Какие сложности существуют на репетициях?

— Сложность пока что одна — нехватка времени на совместные тренировки с Марией. Телевизионные проект «Лед и пламень» забирает почти всё наше время, что естественно. Поэтому мы с Машей тренируемся по ночам, ведь несмотря на то, что «Огни большого города» — театрализованное представление, мы должны показать и высокий уровень фигурного катания.

— Хотели бы сами выступить в роли создателя подобного шоу?

— Пока, наверное, нет. Мне более интересно участвовать в постановке показательных номеров и спортивных программ, помогать молодым фигуристам. Это то, что я знаю и умею.

— В проекте «Лёд и пламень» вы выступаете в паре с Любовью Толкалиной. Каково это быть фигуристом на танцполе?

— Ой, беда...(смеётся). Как оказалось, это совсем даже не просто, тут совершенно другая пластика движений, а мы не профессиональные танцоры на полу, мы - катальщики на льду. Для танцпола нужно найти свои шаги, свои поддержки, своё отношение к танцу, чтобы это всё смотрелось и было интересно — и нам самим и зрителю. Вот мы и стараемся... Мне, как фигуристу, очень интересно танцевать, для меня это возможность научиться чему-то новому. Ну, когда бы я еще в жизни стал учиться более или менее профессионально танцевать на полу?

— Сейчас много говорят о том, что на подобных проектах «разбиваются» браки. Ведь огромное количество времени приходится проводить на репетициях рядом с красивыми женщинами. Что можете сказать по этому поводу?

— Хороший вопрос. На проекте ты находишься со своим партнёром или партнёршей почти весь день «в близком контакте». Вы постоянно соприкасаетесь, обнимаетесь, играете любовь. Это очень тонкие, серьёзные вещи. Действительно, случается и так, у людей возникают отношения. Но у меня есть мои любимые девчонки — Мария и Полина. Я их обожаю, они для меня всё. Да и у моих партнёрш — Любы Толкалиной, Алены Бабенко, Екатерины Стриженовой, Анны Большовой — тоже есть семьи, и их любимые мужчины за них очень переживают. Наверное, где-то в глубине души с их стороны какая-то ревность и присутствует, но благодаря этому чувству понимаешь, как сильно любишь свою половинку, и начинаешь ценить ее еще больше.

— Теперь поговорим о ваших актёрских талантах. В спектакле «Ненормальная» вы с Екатериной Стриженовой в главных ролях. Недавно ваш дебют был отмечен на фестивале «Амурская осень». Примите наши поздравления! Каково это участвовать в театральном конкурсе наравне с актёрами и получать награды не только за спортивное, но и актёрское мастерство?

— Когда поступило предложение принять участие в фестивале, я почти сразу же согласился. Хотелось, чтобы профессионалы увидели наш спектакль по одноименной пьесе Надежды Птушкиной и оценили замечательную актёрскую работу Екатерины Стриженовой. Она просто преображается в нем, становится совершенно другой, и, правда, «ненормальной»! Сам я ни в коей мере не надеялся ни на какие награды. Хотя это, может, и звучит странно из уст спортсмена — ведь мы-то привыкли завоёвывать медали! (смеется).

В конкурсной программе участвовали спектакли с Маратом Башаровым, Дмитрием Марьяновым, Александром Балуевым, Сергеем Шакуровым, Михаилом Полицеймако. Я не сравниваю себя с этими актёрами, просто хочу, чтобы вы представляли себе уровень фестиваля. В жюри входили Роман Виктюк, Ольга Машная, Юрий Беляев, театральный критик Екатерина Уфимцева. Поэтому я безумно радовался за Екатерину Стриженову, которая получила награду «За лучшую женскую роль». Но когда такая уважаемая судейская комиссия отметила «Золотым журавлем» и дебют фигуриста Алексея Тихонова, я, честно говоря, на какое-то мгновение потерял дар речи — не мог в это поверить. Конечно, это очень приятно — редко бывает, что тебя принимают в абсолютно другой профессии, в другом мире.

— Всвязи с этим очень интересно, как человек, занимающийся всю жизнь одним делом, так перевоплощается?

— Я не знаю, как это получается. Просто есть вещи, которые мне очень нравится делать — вещи, которые меня завораживают. Сначала сомневаешься и думаешь, как же у тебя это получится? Потом окунаешься в дело и понимаешь, что предстоит громадная, просто невероятная работа. Если выдержишь все эти этапы, то что-то может получиться. Нужен ли талант? Да, говорят, что нужен. (смеется) Но нужны также и опыт, и мастерство. Хорошо, что моя основная деятельность всегда была связана с искусством. Программы, которые мы катаем на льду — это всегда какие-то маленькие актёрские работы, а «Ледниковый период» позволил нам ещё больше окунуться в это дело и поучиться у профессионалов.

— Наверное, тяжело без театрального образования? Кто или что помогает?

— Очень тяжело. Но у меня хорошие учителя. Екатерина Стриженова — замечательная актриса, возилась на репетициях со мной, как с ребёнком, терпела меня. Чего ей это стоило, знает только она одна. И, конечно, Надежда Птушкина — драматург и режиссёр. Катя мне недавно призналась, что единственным человеком, который верил в меня, была Надежда Михайловна. Она все время повторяла: «Уверена, Алексей справится!». Вы только представьте: ты должен выйти на сцену, понимаешь, что не имеешь права подвести свою партнёршу и режиссёра, который в тебя поверил, но что делать — не понимаешь! Так что лишь вера этих людей в мой успех, желание себя испытать и долгая работа на репетициях, наверное, мне и помогли.

— В спектакле есть сцена, где вы целуете вашу героиню. Мария прощает такие творческие «издержки»?

(Смеётся) Вот как раз этой сцены я боялся больше всего, совсем не представлял, как буду её играть. Если бы вы видели наши первые репетиции, похихикали бы от души! Мария после премьеры ругала: уж очень неубедительно я соблазнял героиню Екатерины Стриженовой. «Если ты вышел на сцену, играй так, чтобы люди верили в то, что происходит между вами» — говорила супруга. Мне очень нравится, что она так серьезно оценивает мои действия на сцене.

— Мария критикует вас?

— Она меня очень поддерживает. Ни за что не решился бы на этот шаг, если бы Маша не поддержала. Все решили ее слова: «Ты должен попробовать. Иначе никогда в жизни не узнаешь, твое это или нет». Надеюсь, ей не стыдно за то, что я сегодня делаю на сцене.

— Сейчас вы играете две разные роли в разных спектаклях: в ледовом спектакле Ильи Авербуха и в театральной постановке. Какая сцена вам ближе и почему?

— Фигурное катание — это моя профессия, которой я занимаюсь уже 32 года. Это моя работа. Это то, что я обожаю и умею делать лучше всего. Но так случилось, что в моей жизни появилась и другая, театральная, сцена, на которую мне тоже очень нравится выходить. Она меня затянула и научила, выходя на нее, жить жизнью моего героя. В общем, в моём случае, мне кажется, одно дополняет другое. Театр даёт возможность научиться ярче раскрывать ледовые образы — жесты, взгляды между партнёрами — ведь это так важно. И, наоборот, спортсменская выдержка, умение преодолевать физические нагрузки и желание побеждать помогают на театральной сцене сконцентрироваться и показать все лучшее, что я могу на сегодняшний день.

— С февраля 2010 года у вас появилась ещё одна роль — роль отца. Как вы себя ощущаете в этой роли?

— (Улыбается) Это моя самая главная роль. Ее нельзя ни отрепетировать, ни накатать, как следует. Просто обожаю свою маленькую дочурку. Каждый раз, когда выхожу из дома — на тренировки или уезжаю на гастроли — чувствую, как щемит сердце. Ловлю себя на том, что все никак не могу на нее насмотреться.

— Это правда, что мужчины всегда хотят мальчиков, но всегда больше любят девочек?

— Наверное, да. Но давайте вернемся к этому вопросу позже, когда я подольше побуду папой.

— Когда мы становимся родителями, многое внутри нас меняется. Бывает, мы меняем что-то кардинально или переосмысляем свою жизнь. Что произошло в вашей жизни с появлением дочки?

— Мне кажется, что в моей весьма насыщенной жизни случилось настоящее счастье. Счастье, которое зовут Полина Тихонова и которого нам с Машей все это время так не хватало. С умилением наблюдаю, как этот маленький человечек каждый день учится чему-то новому, как постигает мир. Это завораживает. Это такое, знаете, настоящее-настоящее счастье. Оно полностью перевернуло мою жизнь: если раньше все, что я делал, я делал для себя и для Марии, то с того момента, как на свет появилась Полина, все что мы с Машей делаем, это, прежде всего, для неё.

2990
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top