Lady GaGa: «Артисту нужна наглость»

Просмотр списком

Икона женственности или королева бурлеска? Некий гибрид Мадонны и Мерлина Мэнсона или сумасшедший трансгендер, сбежавший с полотна Уорхола? Леди Гага объединяет в себе все это и добавляет еще немного от себя. Она не устает удивлять, и когда ты думаешь, что дальше экспериментировать над собой уже невозможно – она удивляет снова. О том, какая она на самом деле, мы не узнаем никогда, но откровенные ответы экстравагантной Леди на вопросы о ней и о ее жизни способны хоть немного приоткрыть нам завесу тайны.

Lady GaGa: «Артисту нужна наглость»
— Сейчас вы в Каннах, вас фотографируют на ковровой дорожке — момент триумфа, можно сказать. Вас не посещают мысли о старых добрых временах, о том, с чего все начиналось: в нью-йоркском даунтауне...

— Вспоминаю буквально каждый день, каждое мгновение. Раньше я была жертвой какого-то странного, необъяснимого беспокойства. Я чувствовала, что стану артисткой. Я никогда не ставила себе определенной цели, только очень хотела идти вперед, продолжать верить, заниматься музыкой, самовыражаться. Даже сейчас у меня не появилось никакой определенной цели.

— Вы с детства не понаслышке знали о кознях и интригах, которым встречает дебютантов мир искусства, не так ли?

— Имеете в виду разочарования и жгучую обиду быть отвергнутой? Это как раз то, что многих заставляет отступить. Мир искусства требует настойчивости, без нее не добьешься успеха.

— Одного таланта, значит, не достаточно?

— В мире поп-музыки талант — это всего лишь одна из ряда других необходимых составляющих. Артисту также не обойтись без неуловимой наглости, нельзя позволять публике загнать себя в рамки, навесить клише. Для меня всегда самым главным было, начав с себя самой, дать свободу как можно большему количеству людей, объяснить моим фанатам, что каждый из нас несет миру свою неповторимую красоту, что каждый способен явить на свет свою индивидуальность и непохожесть. Это я и хотела сказать, когда готовила диск The Fame, с которого, собственно, все и началось.

— Вы с детства были уверены, что хотите стать певицей, или мир кино и театра тоже вас привлекал?

— Меня всегда завораживала сцена и все, что с ней связано. Сначала я умела только играть на пианино, я научилась этому в детстве. Бах, Бетховен, Шопен и Моцарт — они были моим миром. Мне было 13 лет, когда учитель музыки спросил меня: «А почему бы тебе не написать песню?». С тех пор я начала писать песни, и это стало неотъемлемой частью меня. Как наркотик. Я не смогу жить без возможности сочинять мелодии.

— Теперь, когда вы приобрели мировую знаменитость, стали богатой, это как-то отразилось на вашей свободе вообще и на свободе творчества в частности?

— Это не только вопрос денег и власти, которые, конечно, в большинстве случаев плохо сочетаются с искусством. С каждым днем растет чувство ответственности. Я должна думать о фанатах, об индустрии поп-музыки, о большой команде сотрудников, которые работают на меня, о долгах — финансовых и моральных... Чтобы не ошибиться и не разочаровать, я должна выкладываться на 100%, подлинность моей личности должна иметь эффект бомбы. Единственная ощутимая польза для меня — не нужно целыми днями проверять счет в банке и бояться тратить, потому что, оказывается, простая мелодия, которую я сочиню, может потрясти мир.

— Как ваши родители отреагировали, когда поняли, что экстравагантный рок из увлечения трудновозрастного подростка стал превращаться в вашу профессию?

— Мой папа был крайне обеспокоен. Уже с того момента, как я начала встречаться с парнем-металлистом и пробовать наркотики. И папу собственно можно понять. Я была несовершеннолетней и уже танцевала в бикини на барных стойках. А ведь папа итальянец с Сицилии, а там порядки ох какие строгие!

— И вы тоже были металлисткой?

— А я и сейчас металлистка, послушайте мой новый диск, вы услышите отголоски тяжелого металла в музыке. Раньше обожала Black Sabbath и Iron Maden.

— А кто они, ваши сегодняшние идолы?

— Мои мама и бабушка. И вообще все женщины из моей семьи, которые работали и боролись. Когда меня спрашивают, легко ли было стать Леди Гагой, я всегда отвечаю: «Фигня по сравнению с тем, как моя мама всю жизнь работала по 12 часов».

— Какой вы представляете себя через 10 лет?

— Моя мечта — ... продолжать мечтать. В мире искусства. Мне бы хотелось, чтобы меня запомнили новатором в искусстве, мужественной и дерзкой. А больше всего на свете я боюсь остаться без моей семьи.

По материалам La Repubblica

6672
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top