Лучшие истории дня от 11-06-2012

Просмотр списком

КОЛЛЕКЦИОНЕР


Примыкающая к нашей соседняя деревня Каменка – самая богатая в районе, бывшая центральная усадьба преуспевающего совхоза. И сейчас этот совхоз, превратившийся в какую-то сложную аббревиатуру, не бедствует. Во всяком случае все его руководители понастроили себе двух- трехэтажные кирпичные особняки, поселение заасфальтировано, газифицировано, проведен водопровод.
На этом фоне особенно уныло выглядит деревянная развалюха, в которой обитает пенсионер Геннадий Федорович, бывший учитель истории и краевед, а также коллекционер. Мне довелось с ним познакомиться. Он пригласил меня к себе в избенку, где все было пронизано крайней нищетой (водопровод и газ сюда не провели – хозяину это оказалось не по карману), и продемонстрировал свою коллекцию. Та занимала практически все жилое пространство и состояла из предметов, которые относились к истории этих мест. Коллекционер мне рассказывал, сколько ума и хитрости ему пришлось проявить, чтобы собрать столько экспонатов совершенно бесплатно. Я вслух восхищался его ловкостью, но на самом деле мне Геннадий Федорович казался абсолютно прямодушным и непрактичным человеком. Да и имеют ли ценность его экспонаты? Я невольно прикидывал, какие вещицы Геннадию Федоровичу можно загнать, дабы облегчить его жалкое существование, но мне не показалось, что здесь есть что-то, достойное внимания серьезного музея или крупного коллекционера. Вот, скажем, веревка, на которой лет восемьдесят назад повесился местный секретарь райкома (экспонат подтвержден каким-то сертификатом), — кому она интересна? Впрочем, в коллекции я обнаружил рукопись раннего рассказа Салтыкова-Щедрина (писатель был родом из этих мест), но и то – много ли за нее получишь? Вряд ли водопровод на эти деньги проведешь.
Однажды я в Каменке увидел несколько расклеенных на столбах объявлений с одним и тем же текстом: «ВНИМАНИЕ! Публичный тендер на разборку дома!». Далее указывались адрес и число. Я знал автора этого объявления – Петра Вербилкина. Мужик давно проживал в Москве, делал там вроде бы неплохие бабки. В деревне у него был здоровенный, но очень старый, еще дореволюционной постройки, деревянный дом. Вот его-то Вербилкин и решил снести, дабы, видимо, выстроить себе приличный каменный особнячок. Был он профессиональным жмотом, отсюда и этот тендер – нет, чтоб без шума и пыли договориться с какой-нибудь бригадой.
Мне было в то время скучновато, и я решил сходить на этот тендер. Даже не из любопытства, а чтобы просто убить время. Во дворе дома я увидел его хозяина и представителей таджикских и молдавских бригад. Шел торг, «тендер». Петр Вербилкин своего добился – строители последовательно снижали цену, вместо того чтобы предварительно договориться промеж собой. Но в какой-то момент цена встала – никто больше снижать не хотел.
И тут у меня из-за спины раздался чей-то старый, скрипучий и вроде бы знакомый голос:
— Петр, я разберу твой дом бесплатно.
Я обернулся и, к своему изумлению обнаружил, что в «тендер» вступил незаметно подошедший мой знакомый коллекционер.
— Как бесплатно? – поразился Вербилкин. – Почему бесплатно?
— Твой дом мне на дрова пойдет, — деловито пояснил Геннадий Федорович. – Не одну зиму топить печь можно будет.
Таджик и молдаванин позеленели, Вербилкин недоверчиво оглядел хрупкую фигурку старика:
— Ты что же, сам будешь разбирать?
— Племяши помогут.
— Хм... И когда начнете?
— Завтра я их из города вызову, завтра и начнем.
Вербилкин, с минуту поколебавшись, дал «добро»: халява есть халява.
На следующий день я направился в местный магазин, который располагался в Каменке. Проходя мимо старого дома Вербилкина, я заметил, что к одной из стен приставлена лестница, а на самой верхней ее ступеньке расположился Геннадий Федорович, который деловито обследовал здание.
— Бог в помощь! – сказал я ему.
— Спасибо, — отозвался он. – В магазин? Заходите ко мне домой на обратном пути, я вам кое-что покажу.
— Так вы же... — указал я на дом.
— Нет-нет, я уже закончил. – И старик стал спускаться вниз по лестнице.
...Идя из магазина к избенке коллекционера, я опять проходил мимо дома Вербилкина.
Хозяин был во дворе, разговаривал с кем-то по мобильнику и при этом отчего-то злобно матерился на всю деревню.
Геннадия Федоровича я встретил по дороге: он, согнувшись в три погибели, тащил ведро воды из деревенского колодца. Я, естественно, помог старику.
— Вот, — сказал он мне уже в избе и с гордостью продемонстрировал какую-то железяку с выбитой на ней некоей надписью.
— Что это? – Не взяв очки, я не мог прочитать текст.
— Свидетельство о страховании, выданное старейшим в России «Первым российским страховым обществом» еще в 1898 году!
— Видимо, это раритет, — кивнул я с понимающим видом. – И откуда он у вас?
— У Петрухи из-под крыши снял. Русские страховщики так застрахованные ими дома метили.
Я знал, что страховое свидетельство размещается где-то на доме Вербилкина, но не знал, где точно. А Петрухе же об этом не скажешь. Жмот еще тот. Хрен бы я этот раритет заполучил.
— И вы решили?..
— Ну да, выиграть тендер! А сегодня просто сказал Петрухе, что племяши подкачали!
...У себя дома я залез в Интернет, полазил по сайтам коллекционеров. Именно такую вещицу мне разыскать не удалось, но по аналогии с другими раритетами это свидетельство стоило тысяч
сто. Я помчался к Геннадию Федоровичу.
— Вы можете продать вашу находку за сто тысяч! – с порога радостно объявил я ему.
— Как продать?!.. Экспонат продать?!!! Как вы можете говорить такие вещи?!!! – У Геннадия
Федоровича от потрясения очки на лоб полезли.
Я оглядел растрескавшиеся деревянные стены, щели которых были кое-как забиты паклей; печь с давно не чищенной трубой, из-за чего дым шел не на улицу, а в помещение; окна с разбитыми стеклами и потому заклеенными газетами – и безнадежно махнул рукой...



«Расскажи мне — и я забуду. Покажи мне — и я запомню. Дай мне научить кого-то — и это станет моим. Отойди в сторону — и тогда, может быть, я смогу наконец сделать лучше, чем учил меня ты»

Изречение вроде известное, но в таком виде вы не найдёте его ни у Франклина, ни у древних китайцев, которым его приписывают. Его мне бросил на ходу несколько лет лет назад один блестящий юрист старшего поколения. Он вечно был занят, точную цитату забыл, вот и пришлось ему изобретать её самому заново. Что называется, Франклин отошёл в сторону. По-моему, у нашего юриста получилось лучше.

На этот афоризм его вдохновило юношеское воспоминание. Несмотря на учёную степень доктора юридических наук и массу слишком вычисляемых регалий покруче, лекций юрфака сорокалетней давности и талмуды тогдашних учебников он почти не помнил. А вот свою курсовую работу, «О мотивации преступлений», ему пришлось делать самому по реальным уголовным делам — её он помнил до мелочей. Тогда, в конце шестидесятых, вышло постановление, что у обвиняемых следует тщательно выяснять мотивы преступления и учитывать их при вынесении приговора. До этого постановления было проще — на сколько лет накуролесил, столько и сиди. Вот студенту и поручили для курсовой горячую тему. Расследуя её, он нашёл кучу удивительных дел тех лет, одно из которых расскажу.

Мужик обвинялся в том, что среди бела дня устроил пальбу из пистолета во владивостокском универмаге «Золотой Рог». Сначала он стрелял в потолок, потом по людям. Жертв не было, но всё-таки пули из дверей выковыривали. Значит, покушение на массовое убийство, теракт то есть. Преступника уже почти осудили, и вот на тебе — это постановление. Пришлось спрашивать его о мотивах. Он спокойно ответил, что это была дурацкая пьяная шутка — стрелять собирался только в потолок. Показалось ему, видите ли, что от долгого мирного времени народ совсем трусоватым стал. Случись что — защищать страну будет некому, даже за себя постоять не могут. Вот он и проверил народ на вшивость — стоит мужик в центре зала, ни на кого не бросается, палит строго в потолок, в остальном ведёт себя нормально. И никто его не попытался остановить, все наутёк бросились.

«Отчего ж ты по людям-то стрелять начал?» — спросил его следователь.
«Понимаете, когда я стрельбу в потолок открыл, женщины в панике заметались, а самые здоровые кабаны — они первыми до дверей допрыгали! Обидно мне очень за нас мужиков стало, вот и зафигачил им вслед! От души!»

Психиатры у мужика отклонений не нашли. Кроме разве что обострённого чувства справедливости. А за это в психушку у нас не садят, только в тюрьму. В суд ушла апелляция: «Смягчающее обстоятельство — был крайне возмущён несоветским поведением отдельных граждан»



Большие Собаки и чудо Компьютерной техники

У нашего системного администратора Коляна две страсти:

— ночная — кнопки нажимать, и чтобы компьютер помощнее и операционная система на нём поэкзотичнее;

— и дневная — собаки, и чтобы породистость до седьмого колена, и, желательно, чтобы это были ещё и реально Большие Собаки!

Была ещё третья страсть, но она упорхнула...

В результате Коляновы страсти слились в соответствующий сайт, а так как собаки у него начинаются от десяти тысяч рублей и до бесконечности (про цену маленьких собачонок я, вообще, молчу), то круг его знакомых — люди (в основном почему-то дамы) весьма состоятельные.

Появилась среди Колиных заказчиц дама с алабаем (не удивлюсь, если он знает, как зовут алабая, но не знает, как точно зовут даму, ну да не важно...). Дама хвалилась всем не столько своим псом, сколько привезенным из Германии ошейником — чудом Компьютерной техники (стоил он ей, к слову, чуть дешевле отечественного автомобиля). При правильном программировании сей агрегат способен подавать на мобильный хозяину отчёт о местонахождении пса, его температуре, сердцебиении (живут же сволочи!) и ещё, примерно, двадцати параметрах. Причём металл ошейника таков, что срубить его обычной ножовкой не получается. Ах да, питание сего чуда техники происходит за счёт обычной тряски при движении животины. Естественно, что Коля принял самое активное участие как в передержке пса, так и в программировании ошейника.

А спустя полгода тот же Николай получил свой неожиданный бонус за работу. Дама купила новенький автомобиль, который во второй же день угнали какие-то мерзавцы. Только они не учли фактора алабая. Дама, чтобы напугать возможных воров, перевесила внутрь салона алабаевы побрякушки (ну это как милицейскую фуражку на заднюю полку кладут, так же у неё там лежал, в том числе, и сильно погрызленный намордник размера XXL). И когда владелица, милиция, Коля и некормлёный алабай примчались в гараж к ворам, то ошейник гордо блистал на рулевой колодке. Вот что делает женская интуиция!

P.S. Алабая — среднеазиатскую овчарку, не путать с Окупай Абай — разные вещи.



Сидел в тулете со смартфоном. Когда обнаружил, что закончилась туалетная бумага вдруг понял — интернетом-то задницу не вытрешь. Пришлось срочно вызывать жену с информацией на бумажном носителе (газетой).



Совецкие времена, в армии служат все национальности, прапорщик Каунов насадил в ГАЗ 66 человек восемь узбеков и поехал в лес пилить дрова, приехали, узбеки пилят, прапор по причине моросящего дождя сидит в кабине. через время подходит к прапору один из узбеков докладывает что все напилено, прапор ему и говорит- «а теперь, чурки в кузов и поехали». Представляете каково было его удивление когда по приезду в часть в кузове сидели только узбеки.

Лучшие истории дня от 11-06-2012
4973
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top