Опаловые грезы Монмартра

Просмотр списком

Абсент – легендарный напиток французской богемы. Полынная настойка, подарившая миру прекрасные стихи, шедевры живописи, великие имена...

Опаловые грезы Монмартра

Грехи, растворенные в опале

Я сидела за столиком одного из московских кафе, оформленного в стиле раннего модерна. Играла музыка. Певица, имя которой затерялось в дымке прошлого столетия, немного грустно и нежно просила о любви. Был полдень — час вздохов, слов и размышлений.
Мне вспомнились слова Роберта Хиченса: "Мне нужна музыка и подходящие к ней грехи". Музыка уже играла, был нужен только грех.
— Молодой человек! — я взмахнула рукой, подзывая официанта. — Будьте любезны, принесите мне абсент. Только не готовьте его по-пражски, когда горящий сахар капает в зеленую прозрачность полынного эликсира. Принесите бутыль сюда и создайте напиток, достойный памяти Поля Верлена.
Он усмехнулся:
— Я не умею.
Я посмотрела в его глаза, не знавшие эпохи абсента, "времени фантастической усталости и скуки":
— Я научу вас. Это просто. Только не нужно огня — он может сжечь ореол тайны.
Официант удалился, чтобы спустя несколько минут вернуться и начать творить в моем толстостенном бокале напиток, который когда-то, более ста лет назад, "убивал, но помогал жить".
— Налейте в бокал абсент. Сейчас он прозрачен и изумруден. Теперь возьмите ложку с узором из отверстий. Положите в нее кусок сахара и приспособьте, как мост, над бокалом.
— Так? — он улыбнулся.
Для него это был всего лишь каприз. Для меня — шаг в позапрошлое столетие.
— Да. Теперь капля за каплей, очень медленно и спокойно лейте ледяную воду на этот белый сахарный осколок, чтобы подслащенная вода постепенно стекала в спиртовую семидесятиградусную зелень. А теперь смотрите! С каждой каплей прозрачная изумрудность превращается в жидкий туман. Как говорили тогда — в "опаловую фею". Теперь он выглядит именно таким, каким мы видим его на картинах Эдгара Дега, Ван Гога, Пабло Пикассо...

Жизнь — это три стакана абсента

Я разглядывала матовые отблески зеленоватого эликсира и думала о гениях абсентного вдохновения. Оскар Уайльд. Он говорил, что после первого стакана абсента ты видишь вещи такими, какими тебе хочется, чтобы они были. После второго — такими, какими они никогда не были. И наконец, ты видишь их такими, какие они есть на самом деле, и это очень страшно.
Передо мной стоял один стакан — я могла увидеть все так, как хотелось мне. А мне хотелось окунуться в те времена, когда можно было посидеть за одним столиком с Анри Тулуз-Лотреком — человеком, которого абсент сделал великим певцом кабацких страстей "Мулен Руж". Он пил абсент, смешивая его с бренди. На свою беду, на свою погибель, на свою славу...
— Мой милый Анри... Любите ли вы абсент?..
И как будто из глубины лет, как будто из недр моих мыслей возник он и сказал:
— Как говорит Гюстав Моро, мои картины целиком написаны абсентом. Я могу его пить без риска — я и так почти на полу.

Смерть феи страсти и героини грез

И снова я одна, и снова разглядываю опаловый свет. Я думаю о том, как запретили этот странный напиток — напиток, вдохновлявший великих художников и поэтов. Его придумали в 1792 году и продавали, как магический эликсир, помогающий пищеварению. А спустя 120 лет, когда Франция осознала свою неготовность к первой мировой войне, абсент был запрещен, будучи признанным развратителем нации. Великий политик гениальной страны Альфред Жиро кричал тогда с высоких трибун: "Как можно запретить абсент? Он вдохновлял самого Альфреда де Мюссе?!"
Но производство абсента было прекращено почти во всей Европе. Врачи, священники, идеологи — все ополчились на эту зеленоватую страсть, все описали ее как корень порока. На самом деле "она была сложнее".

Воспоминания о великом убийце

Я беру в руки бокал и отпиваю глоток абсента. "Я не пью напиток — я пью Францию". И в ней растворена история искусств, история страстей, история страны.
На бутылке, которую приносил официант, стояла цифра 16 или 10, не важно... 10 миллиграмм туйона на литр — содержание, которое нельзя превышать по современным нормам ЕС. Туйон — вещество, стимулирующее нервную систему, а спирт — депрессант. Классическая смесь, отправляющая разум в бледно-зеленые поля полынных трав и анисовых грез. Во Франции во времена Ван Гога пили абсент с содержанием туйона до 250 миллиграмм. Теперь это осталось только в легендах.

Я допила до дна эту туманную прелесть искушения. Мир не стал таким, каким мне хотелось его увидеть. Но на дне опустевшего бокала, в зеленовато-опаловых каплях недопитого абсента я разглядела настоящую Францию — страну, которая в ответ на довод о том, что абсент медленно убивает, говорила: "А мы никуда не спешим".

8905
facebook
Нажмите «Нравится»,
чтобы читать Relax.ru в Facebook
 Top